Но Палатовъ, даже получивъ серіозное музыкальное образованіе, врядъ ли бы оправдалъ надежды его превосходительства. Такіе люди какъ Палатовъ, намъ кажется, призваны для того чтобы пропагандировать, распространять творенья геніевъ. Они воспламеняются чужимъ огнемъ, но свѣтятъ иногда ярко въ темныхъ жилищахъ людей, по лѣности, или по чему другому, равнодушныхъ къ прекрасному. Въ этой, часто не сознаваемой самими ими службѣ, они велики. Какъ вѣтеръ заносятъ они растительное сѣмя въ глухія, безплодныя мѣста. Дивятся всѣ, откуда появилось на такой неблагодарной почвѣ красивое растеніе. Это пролетѣвшій безслѣдно вѣтеръ занесъ сюда пару сѣменъ съ сосѣдняго луга.
-- Ну, теперь дверь на крючокъ и, кто бы не пріѣхалъ, говори: "не принимаетъ", сказалъ хозяинъ, допивъ послѣдній стаканъ шампанскаго и подымаясь изъ-за стола, старику слугѣ своему.
-- Погоди же.... Дай пріѣхать музыкантамъ, замѣтилъ было приставъ.
-- Пріѣхали, сударь, музыканты.-- Я провелъ ихъ корридоромъ въ кабинетъ, отвѣтилъ Матвѣй.
-- Убери это все.... Поставь пюпитры, свѣчи, распоряжался Палатовъ,-- и двери на крючокъ. Да притвори ставни. Знаете что, Захаръ Петровичъ; квартетъ бы прежде сыграть.... Какъ вы думаете? А?
-- А ноты? спросилъ Барскій.
-- Не тревожься; извините, то-есть, не тревожьтесь, мой любезный, не тревожьтесь; я велѣлъ привезти свои квартеты, отвѣчалъ частный, доставая изъ ящика свою віолончель. Онъ никакъ не могъ наладить говорить "вы* Барскому. Это происходило вовсе не изъ желанія оскорбить, а потому что языкъ ихъ благородій въ то блаженное время просто не поворачивался сказать "вы" крѣпостному человѣку, не слушался.
Изъ сосѣдней комнаты вошелъ сѣдой старикъ въ длинномъ сюртукѣ, въ мѣдныхъ большихъ очкахъ, съ альтомъ подъ мышкою; онъ смѣрилъ Барскаго взглядомъ гладіатора встрѣчающаго выпущеннаго на арену звѣря. За старикомъ шелъ человѣкъ лѣтъ тридцати пяти, лысый, небольшаго роста, съ длинными, темнорусыми бакенбардами. Послѣдній былъ первая скрипка театральнаго оркестра. Этотъ старался показать что ему все равно съ кѣмъ ни играть, что онъ даже не замѣчаетъ Барскаго.
-- Вотъ, позвольте васъ познакомить, началъ хозяинъ, называя фамиліи.
Пока шли рукожатія, слуга поставилъ пюпитры и свѣчи. Барскій досталъ скрипку. Музыканты принялись строить, инструменты. Театральные скрипачи какъ-то вздрогнули и оглянулись на Барскаго, заслышавъ металлическіе звуки Гварнери. Хозяинъ выкатилъ изъ гостиной волтеровское кресло, и закуривъ сигару, разсѣлся въ немъ.