-- Можетъ-быть, грустно отозвался хозяинъ. Мы Русскіе забиты какъ-то, что-ли.... Сыграй-ко такъ Французъ, и мы же будемъ съ ума сходить; на память красть его перчатки будемъ... Да что жь за дѣло вамъ? Ну, увлекаюсь.... Вѣдь въ увлеченіи лежитъ большая доза правды, окончилъ онъ, возвратившись на свое кресло.
Раздался менуэтъ. Чинно принялись раскланиваться кавалеры; изящно наклонивъ прекрасный станъ, отвѣчали на эти мѣрные поклоны, дамы. Басъ, точно сановитый вельможа, важно двигался въ своемъ огромномъ парикѣ, въ общемъ веселомъ, но чинномъ и размѣренномъ танцѣ. Гайденъ вѣжливо шепнулъ какую-то шутку молодой графинѣ.
-- Ну, развѣ это не картина? началъ опять Палатовъ, когда менуэтъ кончили.-- Надобно выпить. Сила.... Давай шампанскаго.... Ваше здоровье, дорогой Захаръ Петровичъ!...
Всѣ выпили по бокалу.
Полилось пѣвучее adagio. Это былъ теплый, задушевный разказъ о давней, затаенной страсти. Тамъ гдѣ вторая скрипка начала свое соло, Барскій припомнилъ женскіе каріе глаза, такъ успокоительно, такъ ободряя, бывало, на него глядѣвшіе.
-- Прелесть.... Ваша скрипка просто говоритъ, вскрикивалъ Палашовъ, ворочаясь въ своемъ широкомъ креслѣ.-- Бетговена сыграйте мнѣ, большой, знаете, эс-дурный кажется; Harphen-Quartett еще зовутъ его Нѣмцы, умолялъ онъ...
-- Знаю, отвѣчалъ Барскій....-- А репетировать-то?
-- Да что вамъ репетировать? Играйте что хотите.... До репетиціи ли тутъ, нетерпѣливо толковалъ хозяинъ, а віолончелистъ уже клалъ голоса Бетговенскаго квартета. Кто-то сильно застучалъ въ запертыя, по случаю квартета, наружныя двери.
-- Кто это? Говори дома нѣтъ, не принимаю; пьянъ скажи, лежитъ безъ памяти, гналъ Палатовъ слугу, вошедшаго было съ докладомъ. Старикъ вышелъ, и черезъ нѣсколько минутъ послышался скрипъ отъѣзжающихъ саней.
-- Такіе слушатели, Сергѣй Александровичъ, какъ вы, одушевляютъ, сказалъ Барскій, канифоля смычокъ.-- Садитесь же и слушайте, прибавилъ онъ, строго взглянувъ на музыкантовъ.