Бѣдная дѣвушка страдала; она не понимала, откуда на свѣчѣ берется такая бездна лжи и клеветы. Насколько могла, она продолжала исполнять свои обязанности, и разъ только отвела свою душу съ хозяйкой харчевни, когда та ее навѣстила.
Старуха до того была возмущена, что, возвращаясь домой по улицѣ, ругалась со всякимъ встрѣчнымъ, котораго подозрѣвала въ недоброжелательствѣ къ учительницѣ. Молодежь у кофейной она совсѣмъ искостила. Это еще болѣе разожгло страсти, и съ тѣхъ поръ надъ ней стали издѣваться въ глаза, проходу не давали.
Когда прошелъ мѣсяцъ, она послала Нано въ правленіе за своимъ жалованіемъ; но кассиръ приказалъ ей сказать: "Пусть сама придетъ получать". И она пошла. Кассиромъ оказался тотъ самый рябой гуляка, который у кофейной ее поджидалъ каждый день. Онъ ей наговорилъ всякихъ любезностей, попросилъ присѣсть, разспрашивалъ о здоровьи, о климатѣ ея родины, о ея семействѣ, затягивалъ разговоръ. Она отвѣчала, по возможности, да и нѣтъ. Ею овладѣло нетерпѣніе и начинала тревожить бесѣда съ глазу на глазъ съ незнакомымъ мужчиной. Въ очень витіеватыхъ выраженіяхъ онъ попросилъ у нея позволенія бывать у ней: она такая красавица, и онъ дивится ея красотѣ...
Дѣвушка, блѣдная отъ негодованія, ничего не отвѣчала; тогда онъ приблизился къ ней, схватилъ за талію и поцѣловалъ.
Раздалась пощечина, и дѣвушка, вырвавшись изъ лапъ сельскаго Донъ-Жуана, выбѣжала на улицу.
-- Смотри! я тебя уморю съ голоду, нищая ломака! кричалъ ей вслѣдъ кассиръ.
И дѣйствительно, онъ не заплатилъ ей жалованья: "дескать въ кассѣ нѣтъ свободныхъ денегъ, приходите завтра". Такъ изо дня въ день. Она просила голову, обращалась къ инспектору, писала губернатору. Ничто не помогало, ей даже не отвѣчали.
Одна хозяйка харчевни не покидала ея. Но дѣвушка испытывала горькое чувство униженія, не будучи въ силахъ уплатить долга и питаясь во имя покойницы Мены. Сверхъ того, ее преслѣдовали и другія житейскія нужды: сапоги отказывались служить, платье изнашивалось, ея вѣрный другъ, большой шерстяной платокъ, сталъ какъ будто рѣдѣть. А надо было два раза въ день выходить во всякую непогодь.
Она совсѣмъ потеряла голову.
Нано приносилъ ей изъ лѣсу валежникъ, стараясь приходить тогда, когда ея не было дома. Когда онъ встрѣчался съ ней, ей казалось, что въ его косыхъ глазахъ свѣтилось что-то въ родѣ состраданія.