Опять удача
В то самое время, когда Дима готовился вступить в квартиру Ганзевских, из дверей вышла высокая фигура в теплом пальто и низко нахлобученной на лоб шапке. По бледному, растерянному лицу незнакомца, по выражению беспросветного отчаяния, которое сквозило в каждой черте этого измученного тревогою лица, юноша понял, кто был перед ним и проговорил, бросаясь к нему навстречу:
— Господин Ганзевский… не беспокойтесь за участь вашей жены и сына. Они вне опасности… Они скоро будут в вашем фольварке… Они получили возможность выехать туда… Не удивляйтесь моему костюму… Я русский… Старый знакомый Зои Федоровны и Лины. Я — Стоградский, Дима Стоградский… Может быть они говорили вам кое-что о нашей семье… Но сейчас не время распространяться… Уходите скорее… Зоя Федоровна ждет вас с сыном… Они находятся сейчас по дороге в ваш фольварк. Поспешите туда же…
Совершенно опешивший, Ганзевский не мог произнести ни слова. Но постепенно он пришел в себя и стал спешно расспрашивать обо всем юношу.
Быстро, волнуясь и фейерверком выбрасывая слова, Дима вкратце изложил все случившееся и вскользь упомянул о том, как они — юные разведчики, находясь по соседству с городом, узнали о нашествии и разгроме города и поспешили на выручку знакомой семье.
Ганзевский рассыпался в благодарностях, но Дима уже не слушал его.
— Спешите же уходить отсюда… Ведь у вас есть пропуск, да? — торопил он Ганзевокого.
— О, да, контрибуция внесена коменданту еще ночью задолго до назначенного часа и в виду такого рвения нас, заложников, выпустили из плена до утра, — горько улыбнулся пан Ян.
— Ну, вот, и слава Богу! Ступайте с Богом… Ведь дорогу в Фольварк вы знаете?
— Да… Разумеется… Но вы, мой смелый мальчик, вед вы последуете за мною?