— Ну, что мне делать с тобою, буйная ты моя, непобедная головушка? — улыбнулся как-то грустно отец и добавил тихо: — Там-то, в гостях, веди себя, по крайней мере, хорошенько. Я спрошу по приезде дедушку.
— О, да! — убежденно вырвалось у меня, — я обещаю тебе это, отец! — И поцеловав его еще раз, я птичкой выпорхнула из комнаты.
В этот вечер мы долго слушали соловья с Бэллой. Потом, обнявшись, пошли в комнату, где спали в эту ночь вдвоем на широкой тахте.
Молоденькая татарка сбросила с ног красные сафьяновые туфельки и долго молилась, повернувшись лицом к востоку. Ее лицо было серьезно и важно и мало походило на лицо той Бэллы, которая с криком и визгом гонялась за мной по аллеям сада.
— Слава Аллаху и Магомету — Пророку его! — вырывался по временам из груди ее молитвенный шепот.
Глядя на мою подругу, встала на молитву и я.
— Господи, — с тоской повторяла я, — помоги Ты мне, Господи, поменьше обижать Юлико и побольше радовать папу!
Глава V. В дороге Аул Бестуди Свадьба Бэллы.
Мы выехали на заре… Еще задолго до восхода у ворот стояла почтовая коляска, куда Родам, Абрек и Андро переносили всевозможные узелки и тюрички с пожитками и провизией. Бабушка напутствовала на крыльце Юлико:
— Ты помни, милый, что настоящий князь должен держать себя с достоинством, — говорила она. — Веди же себя в чужом ауле, как подобает тебе по твоему происхождению.