Лицо полной дамы нахмурилось. Долгимъ серьезнымъ взглядомъ она посмотрѣла на стоявшаго передъ нею мальчика и задумчиво произнесла:
— Прежде, чѣмъ осуждать кого-нибудь, мой милый, надо хорошенько узнать его… А ты вѣдь никогда и не видѣлъ еще государыни?
— Никогда не видѣлъ! — чистосердечно сознался Мартынъ.
— Ну вотъ, когда увидишь ее, то поймешь, что она далеко не такая злая, какъ ты о ней думаешь.
И, сказавъ это, она подала знакъ рукою.
Въ тотъ же мигъ изъ толпы придворныхъ словно вынырнулъ высокій, видный вельможа съ золотымъ жезломъ въ рукахъ. Онъ ударилъ три раза объ полъ своею палицей и провозгласилъ на всю горницу:
— Кушать подано! По приглашенію ея величества, государыни императрицы, приглашаю всѣхъ сѣсть за столъ!
XIII.
НАРЯДНЫЯ барыни, съ ихъ не менѣе нарядными кавалерами, встали въ пары. Блестящій вельможа подошелъ къ полной дамѣ, и она объ руку съ нимъ двинулась къ длинному столу, убранному съ такой невиданной роскошью, что у Мартына и Вани голова пошла кругомъ.
Обоихъ маленькихъ графчиковъ посадили рядомъ, а по обѣ стороны ихъ помѣстились двое очень важныхъ на видъ сановниковъ. Марія Скавронская очутилась далеко отъ своихъ сыновей, окруженная блестящей толпою придворныхъ красавицъ. Прямо противъ Мартына помѣстилась темноглазая дама, съ которою онъ только-что разговаривалъ передъ обѣдомъ, а рядомъ съ ней — красивая, нарядная дѣвушка, которую Мартынъ съ Ваней не замѣтили въ первую минуту появленія ихъ здѣсь.