— Что? — воскликнулъ Мартынъ не своимъ голосомъ. — Значитъ, нашъ батюшка живъ! Значитъ, не погубили его?!
Вмѣсто отвѣта полная дама громко ударила въ ладоши и, обращаясь къ подбѣжавшему лакею, сказала:
— Пригласите сюда графа Карла Скавронскаго.
Лакей низко поклонился и направился въ другую комнату. Спустя нѣсколько минутъ, двери широко распахнулись, и высокій человѣкъ въ богатомъ, расшитомъ золотомъ, камзолѣ, со шпагой и синей лентой на груди, вошелъ скорой походкой въ горницу.
— Батюшка! — вскричалъ Мартынъ, пристально взглянувъ на вошедшаго, и со всѣхъ ногъ кинулся ему навстрѣчу.
— Дѣти мои дорогія, жена! Вы здѣсь! О, какъ я счастливъ! — воскликнулъ высокій человѣкъ.
— Карлъ, мужъ мой!.. — послышался отчаянный возгласъ Маріи Скавронской.
И въ ту-же минуту Карлъ Скавронскій прижалъ къ груди жену и обоихъ сыновей, бросившихся въ его объятья.
Восклицанія, слезы, радостные крики, поцѣлуи — все смѣшалось, слилось въ одинъ сплошной радостный гулъ.
Со слезами на глазахъ слѣдили присутствующіе за этой сценой трогательной встрѣчи отца со своими сыновьями послѣ долгой разлуки.