Вездѣ впереди мусульманскіе сельчане; идутъ они во имя Аллаха, во имя падишаха, на гяура Москова. У каждаго крутится голова и бушуетъ рука чтобы скорѣе положить конецъ дѣлу. Они гибнутъ и лѣзутъ впередъ. Съ ними вмѣстѣ Помаки, отуреченные Поляки, но католики, съ яростію бросаются на проклятыхъ схизматиковъ. Глазъ у нихъ быстрый, брови пасмурныя, кипитъ въ нихъ польская боевая кровь. Они говорятъ своимъ трупамъ: вставай, олухъ, или на еретика Москова! Прицѣливаются и стрѣляютъ.
За ними, но далеко назадъ, тянутся всякіе заптіи, точно прикащики на господскомъ жнитвѣ, понукающіе жать проворнѣе; они грозятъ ятаганами, подальше отъ врага, поближе къ своимъ, и какъ доѣзжачіе натравливаютъ собакъ на звѣря, ату! ату! такъ и они не спѣшатъ бросаться съ ножомъ, а только кричатъ.
Еще далѣе назади ѣдутъ верхомъ, на лошадяхъ и на ослахъ, мудиры и каймаканы со многочисленною овитой разныхъ оборвышей, которые везутъ въ рукахъ чубуки, кофейники и боченки съ водой или ракіей. Юзбаши заптіевъ идутъ пѣшкомъ и походятъ на управляющихъ которые пришли на барщинную работу или на господскую облаву; въ рукахъ у нихъ гиппопотамовыя нагайки и франкскіе бичи. Мудиры то и дѣло поощряютъ:
-- Гайда, дѣтушки, гайда! Вали васъ поблагодаритъ и ваши подвиги дойдутъ до ушей падишаха. Гайда, дѣтушки!
Юзбаши получали приказанія, уходили на нѣсколько шаговъ впередъ, возвращались и отдавали начальству рапортъ поклонами, не говоря, ни слова, потому что до огня не доходили. Были тамъ имамы, въ бѣлыхъ и зеленыхъ чалмахъ, и дервиша въ колпакахъ и въ черныхъ папахахъ. Они кричали и вопили: "Аллахъ! гу, гу, гу!" Въ обнаженныхъ до плеча рукахъ они держатъ ножи и готовы броситься въ рѣзню. Былъ тамъ и англійскій консульскій агентъ съ драгоманомъ. Юзбашамь приказано удерживать имамовъ и дервишей, чтобы не подать повода къ нотѣ на счетъ фанатизма. Старшій каймакамъ отдалъ строго этотъ приказъ, и подъѣзжая къ консульскому агенту сказалъ ему съ улыбкой:
-- Все по праву, по танзимату, на франкскій ладъ. И у вашей великой падишахини были такія же непріятности въ Индіи: она тоже не щадила бунтовщиковъ.
Джонъ Буллъ поддакнулъ.
-- Только бы не кричали Французы; сами они бунтовщики и рады заступаться за бунтовщиковъ цѣлаго свѣта. Мы васъ защитимъ; только дѣйствуйте быстро и рѣшительно, какъ мы въ Индіи. Мы за васъ!
Каймаканъ чуть не сдѣлалъ мусульманскаго преклоненія предъ англійскимъ христіаниномъ.
-- Не забудьте меня, сановный господинъ. Я тридцать лѣтъ служу правительству, а у меня нѣтъ еще ни меджидіе, ни османіе, да и чинъ мой небольшой. Вашъ посолъ -- малый падишахъ, можетъ сдѣлать все что захочетъ.