-- Быть-можетъ я и дурно сдѣлалъ, да дѣвушка меня полюбила и я ее полюбилъ. Милостивецъ мой мутасарифъ-паша стадъ меня подговаривать, обѣщалъ золотыя горы и уговорилъ. Я попросилъ написать мазбату объ отставкѣ, а мутасарифъ устроилъ все остальное. Теперь засяду дома и стану торговать. Жаль, да дѣлать нечего!
-- Разкажи-ка, братъ, какъ идутъ дѣда въ вашемъ казачьемъ лодку?
-- И хорошо и дурно, есть тамъ всякіе люди. Бетъ люди путные, во главѣ ихъ стоитъ ферикъ: дай ему Богъ здоровья. Они желаютъ добра Туркаю, потому что Турки самые вѣрные союзники ихъ страны, но желаютъ добра и намъ, потому что сами Славяне и насъ признаютъ за Славянъ; они стараются расположить къ вамъ правительство, хотятъ улучшить наше положеніе, уговариваютъ быть вѣрными султану, и не позволяютъ унижать и притѣснять нашъ народъ. Дай Богъ имъ здоровья! Но и въ лучшей пшеницѣ бываетъ куколь, а на бѣду набралось его много. Итадіянцы, жиды, лакеи, купцы, Армяне, Цыгане, всѣ выдаютъ себя за шляхтичей, льютъ, воруютъ, безсовѣстно лгутъ, кормятся солдатскимъ добромъ, отбиваютъ у солдатъ охоту къ службѣ, пріучаютъ ихъ къ мошенничеству, подговариваютъ ихъ къ отступничеству отъ вѣры, и портятъ все что могутъ. Сволочь! Какъ держится полкъ про то вѣдаютъ только ферикъ да Богъ, а держится онъ покуда крѣпко, къ чести войска и къ чести болгарскаго имени.
-- Что же по-твоему изъ этого выйдетъ?
-- Слыхалъ я еще ребенкомъ отъ отца и дѣда что подъ конецъ куколь всегда заглушитъ пшеницу.
-- А какъ поступаетъ правительство?
-- И такъ и сякъ; дали волю ферику. Старики понимаютъ важность войска славянскаго и христіанскаго, и полагаютъ что султаны, по крови, имѣютъ право на славянскую корону.
-- Какъ такъ?
-- Не стану говорить по книгамъ, я ихъ не читаю, а разкажу какое было дѣло. Назадъ тому пять лѣтъ, десять учениковъ Бѣлградской военной школы, вернувшись въ княжество Обреновичей, отказались дать присягу въ вѣрности, говоря: мы не хотимъ служить роду свинопасовъ, потому что у насъ есть свои цари, по женскому колѣну -- оттоманскіе султаны; ихъ родятъ сербскія княжны, изъ роду Нѣманичей: такъ написано въ сербскихъ книгахъ. Мы хотимъ служить имъ, нашимъ истиннымъ царямъ и господарямъ. Ученики бѣжали въ Бѣлградскую крѣпость, откуда ихъ отправили въ Стамбулъ. Самъ султанъ прислалъ ихъ въ казачій полкъ; они и теперь еще тамъ: Стретинъ, Арсеній, Петровичъ и другіе. Старики тогда правили государствомъ и очень этому обрадовались.
-- Дѣло важное; что же сталось съ молодыми людьми?