Что касается контрабаса и флейты, то эти два инструмента мы встречаем в ряде произведений Чехова. В 1885 г. он пишет рассказ "Роман с контрабасом", показавшийся совершенно непонятным Л. Н. Толстому и очень понравившийся И. А. Бунину. "Если бы он даже ничего не написал, кроме "Скоропостижной конской смерти" или "Романа с контрабасом", -- утверждал Бунин, -- то и тогда можно было бы сказать, что в русской литературе блеснул и исчез удивительный ум, потому что ведь выдумать и уметь сказать хорошую нелепость, хорошую шутку могут только очень умные люди..."" (см.: С., 5, 635).
И "Скоропостижная конская смерть", и "Роман с контрабасом" -- умные нелепицы, хорошие шутки, позволяющие увидеть в Чехове предшественника Даниила Хармса и других представителей русского абсурда в литературе. Эта тема -- предмет специального исследования. Для нас же важно отметить, что в последнем рассказе появляется не только контрабас, но и флейта.
На первой Международной конференции в Баденвейлере в 1985 г. выступил с докладом "Чехов и музыка" музыковед М. Гольдштейн (Гамбург), рассказавший о своей встрече с О. Л. Книппер-Чеховой, которая "припомнила, как Чехов использовал в своих шутках музыкальные термины" и как он любил "сравнивать людей с музыкальными инструментами -- не только в произведениях <...>, но и в жизни. Если человек стоит крепко и его не сдвинешь с места, Чехов говорил: "контрабас""10.
Александр Игнатьевич Иваненко на 20 лет с лишним лет пережил своего друга и покровителя. В книге "Антон Чехов и его сюжеты" Михаил Павлович Чехов вспоминал о своей встрече с Иваненко в 1920-е годы: "Это был уже одинокий, бездомный старик, глядевший в могилу и с восторгом и с волнением вспоминавший о Мелихове и о черном монахе"11. Известно, что Иваненко сочинял музыкальные произведения, посвященные памяти Чехова, играл их в семье своего друга Тищенко; ему же на сохранение он передал самую большую свою драгоценность -- письма Чехова. Лишь одно из них сохранилось и сыном Тищенко было передано в Таганрогский школьный музей: это почтовая открытка, отправленная Чеховым в Москву из Ялты 6 декабря 1901 г. (П., 10, 31).
В одной из редакций "Вишневого сада" были принадлежащие Раневской и затем снятые автором фразы: "А я люблю Епиходова. Когда он говорит о своих несчастьях, то становится смешно. Не увольняй его, Варя" (С., 13, 328).
Чехов предчувствовал будущую бездомность, неизменную неприкаянность Иваненко. "Мне его бесконечно жаль, -- писал Чехов Л. С. Мизиновой 13 августа 1893 г., -- и, если бы это было принято и не было бы дурно понято, я подарил бы ему кусок земли и построил бы ему дом. Ведь он уже старик!" (П., 5, 225).
ПИСЬМА
АЛЕКСАНДРА ИГНАТЬЕВИЧА ИВАНЕНКО
1889--1903 гг.
Январь 1889 г. Москва