... Сегодня приехал к нам Веребьин и сделал предложение Долли. Мама приняла его несколько холодно, а затем, когда он уехал, я слышала, как мама и бабушка говорили, что Долли может выйти только за камер- юнкера.
Я спросила Долли, какого она мнения о Веребьине, и она ответила мне:
-- Не Веребьин, так другой... Разве мы с тобой имеем право выбирать?
Значит, если Веребьину удастся получить камер-юнкера, то Долли может выйти за него замуж.
Я не хотела бы такого супружества и мне досадно на Долли, что она так равнодушно относится к тому, кто будет ее мужем. Она всегда такая серьезная, такая не откровенная и мне неловко было продолжать с ней на эту тему разговор.
Сегодня мама очень хохотала. Она получила письмо от нашего Захарьинского священника. Он только недавно посвящен и только в ноябре назначен к нам в Захарьино. В письме своем он описывал нужды своих прихожан и делал нам выговор за то, что мы живем в Петербурге и уже четыре года не были в усадьбе. "Разве это честно?" -- писал он. -- "Если не желаете сами сеять и пахать, то продайте имение тем, кто будет это делать лично, но не поощряйте безделья и воровства. Ведь земля сирота без вас, она плачет горькими слезами и вопиет к Господу" и т. д.
Мне думается, что священник прав. Мой дедушка, папин папа, всю жизнь свою провел в Захарьине и только один раз был в Петербурге и то всего только на две недели. Мне кажется, что я в него. Я с такою радостью вспоминаю, как мы жили в нашем имении, как я гуляла по лесам, удила рыбу, ходила на скотный двор. И с каким бы наслаждением я поехала туда сейчас! Вероятно, там теперь морозно, светит солнце и снег белый-белый. А у нас здесь слякоть, дождь и серое небо.
Долли вообще бледна, но сегодня, когда бабушка рассказывала за обедом, как за нею ухаживали канцлер Горчаков и дипломат Ону, она побледнела еще больше и резко сказала:
-- Как тебе не надоест, бабушка, всю жизнь рассказывать все об одном и том же?
И прежде, чем бабушка успела ответить, Долли лишилась чувств и откинулась на спинку стула. Ее на руках отнесли в ее комнату, уложили в постель и по телефону вызвали доктора. Доктор долго говорил с мамой и бабушкой и посоветовал повезти Долли заграницу. Долли согласилась.