Мы в конце концов примирились на комиссионной формуле, т. е. в Бресте должна быть создана комиссия ad hoc, которая должна выработать детальный план относительно очищения и голосования. Это tant bien que mai временный выход. Все уезжают домой для представления докладов. Ближайшее заседание назначено на 5 января 1918 года.
Русские опять немного повеселели.
Вечером за обедом я держал от имени русских и четверного союза благодарственную речь принцу Леопольду. Он тотчас же ответил, и очень мило, но потом сказал мне: это было неожиданным нападением. Для меня это тоже было неожиданным, ибо германцы обратились ко мне с просьбой сказать речь лишь во время обеда.
В 10 часов вечера отъезд в Вену.
От 29 до утра 3-го я был в Вене. Две продолжительные аудиенции у императора дали мне возможность сделать доклад о Бресте. Он, конечно, совершенно одобряет ту точку зрения, что надо, если только возможно, добиться мира.
Я отправил заслуживающее доверие лицо в окраинные области, чтобы установить, каково на самом деле там настроение. Он сообщает, что все, кто только не большевик, настроены против большевиков. Вся буржуазия, крестьяне, короче говоря, все имеющие какую-либо собственность дрожат перед этими красными разбойниками и тянутся к Германии.
Террор, проводимый Лениным, как говорят, не поддается описанию. Даже в Петербурге все страстно желают вступления немецких войск, чтобы быть освобожденными от этих людей.
3 января 1918 года
На обратном пути.
В поезде на пути в Брест на одной из станций я в 6 часов вечера получил следующую шифрованную телеграмму от оставшегося в Бресте барона Гауша: