Выходит, следовательно, что декабрьский бунт не противоречит историческому обобщению: "Все наши бунты имели более или менее самозванический или мнимо легитимный характер" (Леонтьев К. С 101).
XXXVIII
Представление Пугачева о царях и царском величии
У Пугачева были грубые и невежественные представления о царях, но ими нельзя пренебрегать, так как и в них отражался, хотя и в извращенном виде, русский народный монархизм.
Когда Пугачев подступил к Нижне-Озерной крепости, находясь впереди своего войска, один старый казак сказал ему: "Берегись, государь, неравно из пушки убьют.
-- Старый ты человек, разве пушки льются на царей?" (История Пугачевского бунта Пушкина. Ч. 1. Гл. II).
Любопытно представление Пугачева о царской свите и царском величии, которому он хотел подражать.
Вот некоторые черты из его жизни в Берде:
"Церковная служба отправлялась ежедневно. На ектении поминали Государя Петра Феодоровича и супругу его, государыню Екатерину Алексеевну. Когда ездил он (Пугачев) по базару или по бердским улицам, то всегда бросал в народ медными деньгами. Суд и расправу давал, сидя в кресле, перед своею избою. По бокам его два казака: один с булавою, другой с топором" (там же).
Пушкин и Даль видели бердинских старух, которые помнили еще "золотые палаты" Пугача, то есть обитую медной латунью избу. "Пушкин хохотал от души следующему анекдоту: Пугач, ворвавшись в Берды, где испуганный народ собрался в церкви и на паперти, вошел также в церковь. Народ расступился в страхе, кланялся, падал ниц. Приняв важный вид, Пугач прошел прямо в алтарь, сел на церковный престол и сказал вслух: "Как я давно не сидел на престоле!" В мужицком невежестве своем он воображал, что престол церковный есть царское седалище. Пушкин назвал его за это свиньей и много хохотал" ( Майков Л. "Пушкин". С. 417).