Есть мнение, будто неограниченная монархия может существовать только у малообразованных народов.
Это мнение ни на чем не основано.
Разве монархические привязанности и монархические убеждения могут быть только у людей мало образованных? Но как же быть с теми знаменитыми мыслителями, поэтами и писателями, которые проповедовали монархические начала? Как быть в таком случае с Карамзиным, братьями Аксаковыми, Катковым, Пушкиным, Шекспиром и т. д.? Разве они были менее образованны, чем члены Общества соединенных славян, составлявшие крайнюю левую декабристов? Разве Глинка, написавший " Жизнь за Царя ", был менее образован, чем "композиторы", клавшие на музыку разные революционные песни?
Та или другая форма правления определяется не только числом образованных или ученых людей в стране, а целым рядом исторических, бытовых и иных условий.
Пока Древний Рим был мало образован, он управлялся республиканским режимом, когда же он сделался центром всей древней цивилизации, он подчинился императорской власти. Германия, далеко не утратившая уважение к монархическому принципу, гораздо образованнее южноамериканских республик, а Китай уж, конечно, гораздо образованнее республики Либерии.
Вообще только люди, зараженные политическими предрассудками, могут воображать, будто образованные народы управляются посредством республиканского аппарата и представительных учреждений, а необразованные -- монархами.
В теперешней России процент грамотных людей, конечно, больше, чем в Новгороде времен Ганзы. И что же? Теперешняя Россия управляется самодержавными монархами, а в Новгороде времен Ганзы были и выборные князья, и вече.
Нет никакого основания думать, что развитие монархических начал находится в противоречии с распространением образования.
В повести Гоголя "Портрет" Екатерине II приписываются слова и мысли, имеющие прямое отношение к вопросу о влиянии монархических начал на развитие образованности.
"Государыня заметила, что не под монархическим правлением угнетаются высокие, благородные движения души, не там презираются и преследуются творения ума, поэзии и художеств; что, напротив, одни монархи были их покровителями; что Шекспиры, Мольеры процветали под их великодушною защитой, между тем как Дант не мог найти угла в своей республиканской родине; что истинные гении возникают во время блеска и могущества государей и государств, а не во время безобразных политических волнений и терроризмов республиканских, которые доселе не подарили миру ни одного поэта".