-- Здѣсь выражено все, что надо. Твое дѣло написать музыку къ этимъ словамъ. Музыка должна дополнить мысль и выразить то, чего нельзя передать словами. Тогда это будетъ дѣйствительно народный гимнъ. Когда его исполнятъ и за границею даже, то и тамъ поймутъ, что такое Россія.
"Уже скоро послѣ этого Государь слушалъ гимнъ "Боже, Царя храни" опять-таки на репетиціи Придворной капеллы и оркестра. Гимнъ былъ повторенъ сразу пять разъ. Во время той же репетиціи были исполнены произведенія на ту же тему и другихъ авторовъ и композиторовъ (?), но повторено ни одно изъ нихъ не было. Однако, Государь ничего не сказалъ Львову. Молчаніе Государя продолжалось и въ послѣдующее время. Алексѣй Ѳедоровичь, вообще нервный, томился и мучилъ не только самъ себя, но и свою семью.
"Въ концѣ лѣта 1837 года предстоялъ отъѣздъ Императора Николая Павлович на Кавказъ, гдѣ въ то время шла ожесточенная и упорная война. Императрица-Супруга чрезвычайно опасалась этой поѣздки: ею овладѣвалъ страхъ не только потому, что Государь ступитъ на землю, гдѣ каждый шагъ грозитъ ему опасностью, но и потому, что свое путешествіе Императоръ рѣшилъ предпринять моремъ на старомъ парусномъ фрегатѣ. Но воля Николая Павловича была всегда не преклонна.
-- Я, -- отвѣчалъ онъ на всѣ просьбы, -- долженъ быть на Кавказѣ, потому что послалъ туда моихъ дѣтей. А на старомъ фрегатѣ нѣтъ никакой опасности, потому что тамъ тоже будутъ охранять меня мои дѣти...
"Этими словами поѣздка была рѣшена. 14 іюля дворъ изъ Петергофа переѣхалъ въ Петербургъ, а 16 прибылъ и Государь со всей семьей.
"А. Ѳ. Львовъ, зная о близкомъ отъѣздѣ Государя, рѣшилъ положить конецъ мучительной для него неизвѣстности и самому спросить Императора, удостоено ли его произведеніе Высочайшаго одобренія.
"17 іюля въ церкви Зимняго дворца Государь опять подалъ знакъ, чтобъ исполняли "Отче нашъ" Львова. Вернувшись домой, композиторъ былъ въ неописанномъ волненіи.
-- Поймите, говорилъ онъ своимъ домашнимъ, -- вѣдь я вложилъ душу въ свое произведеніе и чувствую, что другого ничего и написать нельзя было. А Государь молчитъ!.. Ну, такъ я спрошу Его самъ!
"Вечеромъ же 1837 года А. Ѳ. Львовъ явился во дворецъ съ твердой рѣшимостью привести въ исполненіе свой дерзкій замыселъ. Онъ прошелъ на половину Государыни, но остановился въ нерѣшительности, когда увидѣлъ, что въ пріемныхъ комнатахъ не было никого.
-- Ея Величество въ "Гротовой" комнатѣ, доложилъ ему камеръ-лакей, -- и васъ повелѣно просить туда.