В московском самодержавии заключается разгадка и того торжества, каким закончилась многолетняя борьба России с ее исконными врагами -- татарами и поляками. Если бы в Польше королевская власть не пала так низко, России нелегко было бы сломить Посполитую Речь и сначала отторгнуть от нее Малороссию, а затем, в XVIII столетии, приступить к разделу остальных земель польской короны. Россия вела борьбу с Польшей, действуя как один человек, беспрекословно повинуясь велениям царской власти; поляки же связывали своих королей по рукам и ногам, бесчинствовали на сеймах и, дорожа всего более шляхетскими вольностями, довели свои вооруженные силы до сущего убожества. Очевидно, что расшатанная внутренними смутами Польша, с ее буйными и своевольными панами, рано или поздно должна была пасть под ударами бедного, слабонаселенного и малокультурного, но прекрасно дисциплинированного Московского государства. Так и случилось.
VII
Московское самодержавие было созданием великорусского государственного гения. Вот почему великорусское племя и сделалось объединителем всей России и получило такую притягательную силу для Малороссии. Если бы московские князья не были самодержавными, они никогда не достигли бы того могущества, которое выпало на их долю, и вместе с тем никогда не приобрели бы в глазах малороссов того обаяния, которым пользовались у своих единоплеменников и единоверцев, тяготившихся польским игом. Между развитием московского самодержавия и присоединением Малороссии к Москве существует самая тесная связь. А присоединением Малороссии к Великороссии обусловливались все дальнейшие успехи России. Без этого события были бы немыслимы и превращение Московского государства в грозную империю Петра Великого, и все успехи эпохи преобразования.
Если бы в России не было самодержавия, ей не удалось бы достигнуть объединения Московского государства с Малороссией, не удалось бы и закрепить это объединение, ибо в Малороссии и после 1653 года не раз проявлялись сепаратистские стремления. Если бы московское и Императорское правительство не противопоставляли им одной и той же неуклонно последовательной политики, то Бог весть чем бы они кончились. Не нужно забывать, что Малую и Великую Россию тесно связывала одна Православная вера. До великого значения национального сродства в XVII веке еще не додумались. Что же касается обычаев, нравов и общественных порядков, то весьма много из того, что пользовалось всеобщим сочувствием на севере, было чуждо и антипатично югу и его, с великорусской точки зрения, своевольному казачеству.
Короче сказать: без самодержавия было бы немыслимо объединение России, а что сталось бы с нами, если бы мы были разъединены и слабы, -- нечего объяснять. Смутное время, когда заходила речь о разделе Русского государства между его соседями, разъясняет этот вопрос со всей точностью.
Только благодаря самодержавию Россия могла победоносно выходить из всех своих испытаний, только благодаря ему она могла в текущем столетии отразить нашествие Наполеона I и благополучно пережить Севастопольскую оборону. Только благодаря самодержавию, собирающему все силы страны под одно знамя, Россия может смело смотреть в будущее, не смущаясь воинственными замыслами своих недоброжелателей, которые и поныне мечтают о ее расчленении, о том, чтобы отбросить ее за Днепр и за Волгу, о том, чтобы отторгнуть от нее и Польшу, и Литву, и Прибалтийские губернии, и Крым, и Казань, и Бессарабию.
Не нужно думать, что эти мечты разделяются лишь немногими фантазерами. Они весьма популярны на Западе и пользуются там широким сочувствием масс и руководителей общественной мысли и внешней политики. Только самодержавие, в единении с которым вся Россия готова пожертвовать всем своим достоянием и всеми своими силами по первому требованию Царя, сдерживает все мечтания в границах благоразумия и лишает их возможности превратиться в действительность целиком или отчасти.
VIII
Смело можно сказать, что в нашем историческом прошлом не было ни одного великого события, не связанного прямо или косвенно с успехами самодержавия.
Принятие христианства совершилось благодаря тому авторитету, каким пользовался Владимир Святой в народе. Завидное и властное положение Древней Руси времен равноапостольного князя и Ярослава Мудрого стоит в тесной связи с их широкою властью и единодержавием. В этом отношении Карамзин, несмотря на все новейшие исследования, всегда останется неопровержимым. Унижение Древней Руси и подпадение ее под татарское иго объясняется развитием удельной системы и вечевых порядков, подкосивших в самом зародыше нарождавшееся неограниченное единовластие. Возрождение Древней Руси идет рука об руку с утверждением самодержавия. Московское государство было обязано ему освобождением от татарского ига и в значительной степени всем своим культурным ростом. Значение самодержавия для благосостояния Московского государства было столь очевидно, что все лучшие люди страны считали своим нравственным долгом поддерживать его. Этим объясняется тот тесный союз, который существовал между московскими великими князьями и предстоятелями Русской Церкви. В XVI и XVII веках могли не сочувствовать самодержавию лишь недальновидные и своекорыстные русские люди, не понимавшие ни государственных потребностей, ни великого призвания своей родины и ставившие интересы своей колокольни, или своего сословного муравейника, выше интересов целой страны и целого народа.