Я сказала, что путешествие по Волге укрепило меня до такой степени, что я могла, почти не опираясь на брата, взойти на подъем Тверской пристани.
Брат был так добр, что взял для меня два места в вагоне; поэтому я не была сильно утомлена железною дорогою, и когда мы приехали в Петербург, я сама поднялась по лестнице целые два этажа; но он взял меня на руки и понес, как ребенка; он очень силен; да и я такая худая.
Странное впечатление произвело на меня общество, с которым я начала знакомиться. Я видела почти исключительно мужчин. Три молодые дамы, которые познакомились со мною через своих мужей, знакомых брата, навещали меня довольно часто, пока я почти безвыходно сидела дома; потом и я стала часто бывать у них. Они были очень добрые и простые, гораздо проще наших, хотя стояли неизмеримо выше их по всему. Но ежедневное мое общество составляли приятели брата почти все еще молодые люди, и одинокие люди, как мой брат. Меня удивляли в них две вещи.
Можно было, кажется, быть знакомой с ними целые года и не знать, какого звания кто из них, дворянин или мещанин, имеет ли довольно богатое поместье или учился на медные деньги. Все были как будто равны по происхождению и состоянию. Конечно, разницы по богатству и родству не могут быть забываемы в тех делах, в которых имеют важность. Но в простом знакомстве они вещь совершенно посторонняя, а отсутствие праздного любопытства дает обществу простоту и свободу. Еще удивительнее для меня было видеть, что брат и его близкие знакомые имеют искреннее расположение друг к другу; в их кругу не было ни злословья, ни зависти. Я увидела, что в Петербурге люди менее мелочны и хитры, нежели в провинции. Правда и то, что это был избранный круг.
Благодаря тому, что я избавилась от всяких раздражающих впечатлений и стала иметь приятный отдых, силы мои восстановлялись. К зиме я чувствовала себя уже довольно хорошо" Кроме часов жестокого страдания, я уже была только слаба, но могла говорить, думать, интересоваться жизнью, как другие люди. Сначала вспоминая предсказания Левандовского, я почти пугалась того, что быстро поправляюсь. Но я была не расположена хандрить и постоянно занята. -- Мы перешли жить из комнат со столом и мебелью на отдельную квартиру, обзавелись своим хозяйством. Оно поглощало у меня очень много времени, потому что я всегда любила заботы о порядке и экономии. Хорошей хозяйке в Петербурге едва ли еще не больше хлопот, нежели в провинции.-- Я много читала, по большей части серьезные книги. Прежде, они почти не доходили до меня. У брата было много их; и очень легко было получать всякие, какие только вздумаешь; а разговоры нашего дружеского общества возбуждали желание узнать что-нибудь. -- Почти всякий вечер, у нас бывал кто-нибудь: каждый из хороших знакомых, если хотелось ему отдохнуть, шел поболтать со мною. Я полюбила этих простых и честных людей, они меня. -- Я не скучала; а настроение моих мыслей было такое холодное, что я все реже и реже смущалась предсказанием Левандовского и постепенно уверилась в спокойствии моего будущего. Зимою, я была уж очень довольна своим здоровьем. Сравнительно с другими, я, конечно, была очень плоха; а припадки истерики продолжали часто терзать мои бедные нервы. Но после прежнего постоянного страдания, что значило для меня помучиться несколько часов раз или два в неделю?-- а все остальное время я была очень удовлетворительна для самой себя и делалась все удовлетворительнее. А между тем, в моих пароксизмах не было ничего, кроме простой боли; и кровь, и мысли оставались совершенно холодны. Медики напрасно приписывают себе всезнание, стала думать я: остаюсь и останусь чужда прежним волнениям.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Пришло лето 1859 года. Мы жили на даче. Я была уже так сильна, что могла полчаса гулять по парку, не очень уставая.
Мы составляли маленькую колонию: через несколько дач от нас поселился Озерецкий; еще одною дачею дальше Аносов. Это были товарищи брата по занятиям, самые короткие наши приятели; я очень любила их обоих. -- Теперь, на половину дней, они обедали у нас.
Рядом с нами, была богатая дача. В семействе, занимавшем ее, было три девушки, все три хорошие музыкантши. Они много пели и играли, даже и в то время, когда бывали одни. Но решительно каждый вечер у них собирались гости и по вечерам уже непременно бывала музыка. Это было очень приятное для меня соседство. Но случалось, они и надоедали своею музыкою. Не всегда же бывает охота слушать ее, как бы ни любил.
Однажды, я читала после обеда. На соседней даче началась музыка. Старшая из сестер пела дуэт с одним из постоянных своих гостей, которого называли ее женихом. Мне хотелось читать, они развлекали меня. Я немножко посердилась на них, и вздумала, что все к лучшему: без них я потеряла бы в комнате прекрасный вечер: пойду в парк.