Из этих длинных рассуждений краткий вывод таков: кредитными операциями устраняются лишь маловажные, мимолетные финансовые затруднения; а если, по самому устройству финансовой системы, дефицит составляет постоянное явление, то никакими кредитными операциями нельзя отвратить зла; напротив, оно только растет от мнимой помощи кредита, ведущего ê этом случае лишь к постоянному возрастанию дефицита.
Если теперь мы спросим: следует ли ограничиться этим отрицанием, или могут быть найдены средства к изгнанию дефицита, постоянно возрастающего при известной финансовой системе?-- если мы спросим это, то, конечно, опять-таки готов ответ у каждого читателя.
Мы видели, что кредитные операции годятся только против мимолетных затруднений, а против недостатков самой финансовой системы они бессильны; потому очевидно, что дефицит, являющийся постоянною чертою данной финансовой системы, может быть отстранен только изменением самой системы.
Финансовая система имеет две стороны: бюджет доходов и бюджет расходов. Дефицит может происходить от неудовлетворительности того или другого бюджета, а чаще всего происходит от неудовлетворительности их обоих.
Кроме одной Швейцарии, не находится в Европе ни одного государства, которое имело бы систему податей и налогов, хотя приблизительно соответствующую здравым экономическим условиям. Повсюду мы замечаем, что на удовлетворение расхода требуется сумма, далеко превышающая ту, какая могла бы добавиться лишь одними податями и налогами, не имеющими вредного действия на экономическую жизнь нации или собираемыми в размере, не обременительном для нации. В каждом государстве существуют такие источники доходов, о которых сами защитники их говорят: "конечно, следовало бы отменить или уменьшить этот налог, но размер наших расходов не допускает того". Не надобно ожидать идеального совершенства,-- будем судить хотя только по сравнению, будем предполагать возможным хотя лишь то, польза чего уже доказана опытами других стран.
Есть такие налоги, сбор которых не увеличивает, а уменьшает сумму дохода, прямо мешая людям работать, то есть и получать средства к платежам в казну. Из них довольно будет указать на один сбор за паспорты. Нет никакого сомнения, что каждый рубль, даваемый казне этим доходом, отнимает у нее десять рублей из других налогов. Мы читали, что паспортный сбор будет преобразован. Надобно желать, чтобы найдена была возможность уничтожить самые паспорты.
Но возможность эта неразрывно связана с преобразованием главного из наших прямых налогов -- так называемого ныне поземельного налога, сохранившего при этой перемене имени прежний характер подушной подати. Земля должна платить налог, рента служит одним из самых лучших и справедливых источников государственного налога; но большая часть земель, дающих ренту, была у нас до сих пор освобождена или почти освобождена от налога. Дворянские населенные земли номинально платили налога в несколько раз меньше, чем государственные; а на самом деле вовсе не платили никакого налога, потому что взимаемый с поместий налог лежал подушною податью на крепостных крестьянах, и помещик фактически не платил ничего за землю. Зато на государственных землях налог был чрезмерно тяжел. Доказывать этого нет надобности. Пока не будет отменена привилегия большей части лучших земель, государственные доходы никак не могут стать удовлетворительны, потому что самое существование подобной привилегии возможно только при устройстве, не допускающем развития экономических сил нации. Пока налог с земель, находящихся во владении у крестьян, не будет уменьшен до такого размера, чтобы ни одно крестьянское общество не затруднялось уплатою налога, государственные доходы также не могут иметь удовлетворительной величины, потому что сумма государственных доходов не может быть выше размера национальных средств, а размер национальных средств определяется степенью благосостояния массы.
Подушная подать по размеру приносимых ею сумм занимает второе место в нашем бюджете доходов, а главнейшую статью его составляет налог на вино, взимавшийся до сих пор посредством откупа. Теперь объявлено, что с окончанием текущих контрактов откуп решено уничтожить и взимать винный акциз прямым путем. Конечно, такая перемена сама по себе уже может послужить к значительному облегчению нации; но с финансовой точки зрения не менее важен вопрос о том, в каком размере будет установлен акциз. Если руководящею мыслью при этом принять стремление к сохранению нынешней величины дохода, доставляемого налогом на вино, то едва ли возможно было бы установить величину акциза, совместную с выгодами самой казны. Если смотреть отдельно на одну ветвь дохода, конечно, представляется очень привлекательною цифрою сумма около 100 миллионов рублей серебром, даваемая ныне налогом на вино. Но другое дело, если иметь в виду всю сумму государственных доходов. Мы уже говорили, что невозможно бывает получать с нации больше денег, чем сколько может она уплатить по своим существующим средствам к уплате. Если одним налогом эти средства исчерпываются на одну треть, то самою значительностью этого отдельного источника сокращаются на одну треть суммы, доставляемые всеми остальными источниками государственного дохода. Главный расчет не в том, сколько дает известный налог, а в том, какое отношение имеет он к формированию средств нации. С этой стороны разные налоги оказывают чрезвычайное разнообразие действий. Есть такие, которые прямо гибельны по самой своей натуре. Из них самый знаменитый -- лотерея. У нас правительство не пользуется этим разорительным средством. Есть другие налоги, которые по самой натуре своей не уменьшают национальных средств, а, напротив, ведут к их возрастанию, имея действие, пряма противоположное свойству всех остальных налогов: это--налоги на предметы роскоши. Ни одно государство еще не решалось пользоваться ими в таком размере, какой требовался бы справедливостью; потому в самой Англии дают они сумму не очень значительную и не составляют важной статьи в бюджете доходов; но какова бы ни была сумма, ими доставляемая, она служит чистою прибылью не для одной казны, а также и для национальных средств: налоги эти имеют тенденцию обращать капиталы от пустых растрат к употреблению, более выгодному и для самих владельцев капиталов и для нации. Наконец большая часть важнейших по своему размеру налогов принадлежат к третьему классу, который до известного размера не очень обременителен для национальных средств, но расстроивает и истощает их, когда требуемая величина превышает известную норму. Таков, например, поземельный налог; таковы таможенные пошлины; таковы же и многие акцизы. Таможенная пошлина не вредит никому и ничему, когда имеет такой размер, что продажная цена товара не увеличивается от нее чувствительным образом и потребление товара, платящего ее, сохраняет почти ту же величину, какой не превышало бы и без всякой таможенной пошлины. Если же излишнею высотою своею таможенная пошлина стесняет привоз товара, она, как всем теперь известно, оказывается вредна не одним потребителям, а также и самой казне, мешая развитию национальных промышленных сил или давая им невыгодное направление. Точно то же надобно сказать и об акцизах. Возьмем в пример хотя наш акциз с табаку. Быть может, выгодно для казны оказалось бы понизить его; однакоже, и при нынешней своей величине ом не очень сильно уменьшает потребление табаку, не слишком много поднимая продажную цену его; стало быть, хотя бы и думал кто-нибудь, что нынешняя величина этого акциза несколько высока, а все-таки надобно сказать, что и при нынешней величине наш табачный акциз необременителен. Необременителен был бы и такой акциз с хлебного вина, который не возвышал бы продажную цену этого товара в пропорции слишком громадной; если бы, например, положить такой акциз, который составлял бы процентов 25 или даже 35 в продажной цене вина, никто не стал бы находить этот налог обременительным или стеснительным. Если же акциз будет составлять 150 или 200% в продажной цене вина, дело получит иной характер. Очень вероятно, что при такой огромности налог стал бы приносить казне больше, чем при величине, совместной с правильным финансовым расчетом; но он продолжал бы сообщать народному характеру такие наклонности, которые производят в результате уменьшение всей массы государственных доходов: наклонность к беспорядочному питью, наклонность к обманыванию казны корчемством, наклонность к обманыванию покупателей в качестве продаваемого вина. Таким образом излишек доходов от одной статьи далеко перевешивался бы недочетом в других статьях дохода.
Если бы место позволяло вам пересмотреть здесь все статьи нашего бюджета государственных доходов, мы, конечно, нашли бы много податей и пошлин, вполне заслуживающих одобрения своею умеренностью и всегдашним ее следствием -- своею сообразностью с правильным финансовым расчетом. Но мы имеем целью не составление панегирика, а только рассмотрение средств, могущих содействовать уравновешению государственных доходов с расходами. Мы принуждены были прямо сказать, что две важнейшие статьи нынешнего бюджета -- статьи, дающие гораздо более половины, быть может 3/б частей всего нынешнего дохода,-- подушная подать или нынешний так называемый поземельный налог и сбор с продажи хлебного вина,-- до сих пор имели у нас размер, невыгодный для всей массы государственных доходов по своей обременительности для народных средств. Конечно, большой решительности требует реформа, которая состояла бы в понижении размера этих двух платежей. Но ни в ком из людей, понимающих финансовое дело, не может быть и сомнения, что такая реформа повела бы к увеличению общей массы государственных доходов. Спросите какого угодно из знаменитых немецких, французских или английских экономистов, обратитесь за советом к какому угодно из лиц, с успехом управляющих или управлявших финансами Англии или Пруссии (только эти два государства из числа великих держав имеют финансы в хорошем порядке) -- все от Рошера до Гледстона скажут одно и то же: для увеличения государственных доходов России первейшая надобность состоит в уменьшении суммы, собираемой посредством налога на вино, и в заменении нынешнего подушного оклада действительным поземельным налогом, который имел бы величину более умеренную и которому равно подлежали бы все земли, в чьих бы руках ни находились; без этой реформы другие финансовые меры не принесут большой пользы бюджету доходов.
Реформа эта, указываемая правильным финансовым расчетом, конечно, произведет в результате значительное увеличение суммы государственных доходов, но на первое время она, разумеется, несколько уменьшила бы сумму их. Уменьшение было бы далеко не так значительно, как цифра, на которую произведено было бы облегчение в налогах, ныне имеющих обременительный размер. Если акциз понижается на целую половину, доход от этого акциза уменьшится разве на пятую часть или в пропорции еще менее сильной, остальное будет в первый же год вознаграждено или увеличением потребления, или лучшею исправностью уплат. Что же касается до заменения обременительной подушной подати умеренным поземельным налогом, тут может вовсе и не быть уменьшения всей суммы сбора; напротив, с первого же года умеренный налог может дать {В "Современнике" опечатка: "быть", повторенная в Полном собрании сочинений" 1906, т. VIII, стр. 24.-- Ред. } больше, чем давала подушная подать, потому что была бы в этом случае отменена привилегия, лишающая ныне казну сбора с большей половины удобных земель. Отменение паспортного сбора не принесло бы казне никакого чувствительного убытка по незначительности суммы, даваемой этим налогом. Таким образом при всей великости реформы, при всей громадности облегчения, какое дала бы она народу, уменьшение в государственных доходах даже на первый год не было бы очень значительно; на второй или, много, на третий год сумма доходов уже сравнялась бы с нынешнею, а дальше стала бы возрастать с быстротою, решительно невозможною при нынешней системе. Однакоже не будем прикрывать ничем и неприятную сторону истины: на первое время действительно следовало бы ждать некоторого уменьшения в доходах.