Геллерт. Этот автор чрезвычайно труден для перевода, и французские переводы, какие ныне существуют, совершенно лишены всякого достоинства.
Король. С этим я согласен.
Геллерт. Много есть различных причин, препятствовавших доселе немцам сделаться знаменитыми в различных отраслях литературы. Когда науки и искусства процветали между греками, римляне занимались только губительным искусством войны. Не можем ли мы считать настоящего времени воинским веком Германии? Не могу ли также я прибавить, что наши соотечественники не были одушевляемы такими покровителями наук, как Август и Людовик XIV?
Король. Да ведь у нас в Саксонии было целых два Августа {То есть Август III, тогда царствовавший, и Август II, бывший его предшественником.}.
Геллерт. Правда, государь, и потому в нашей стране явились хорошие начатки.
Король. Каким образом можете вы ожидать Августа в Германии, столь раздробленной?
Геллерт. Я сказал не в том смысле, государь: я желаю только, чтобы каждый государь ободрял в своих областях людей с истинным талантом.
Король. Вы никогда не выезжали из Саксонии?
Геллерт. Однажды я был в Берлине.
Король. Вам нужно бы путешествовать.