Роман представляет собой авторское повествование. Образ автора не персонифицирован. Но его личность сказалась и в выборе сюжета, и в обрисовке действующих лиц, и в построении произведения.
Роман отрывается "Предисловием сочинителя", авторским объективным описанием горда Астрахани, являющегося местом действия. Далее образ сочинителя становится малозаметным, хотя автор периодически оценивает героев непосредственно: "несчастная, неосторожная девица..-последовала за ним"; может быть, читатель... пожалеет о милой чете...заслуживающей лучшую участь"; " получил достойный злодеяниям своим конец", и опосредованно, описывая внешность, состояния, поступки: "прелестное лицо", "зверский взор", "он горько плакал и проклинал себя за ее похищение".
В какие-то моменты автор вмешивается в повествование: обращается к читателю, интригуя его (...но погодим несколько времени: развязка сей истории покажет нам, как на блюдечке, судьбу того и другого, и, может быть, благосклонный читатель... пожалеет о милой чете"); привлекает читателя к соучастию в рассказывании, объединяя себя с ним ("скажем несколько слов о Стефане..."); доверяет только ему какие-то подробности
("надобно знать читателям, что ...").
Н. Зряхов высказывается в повествовании и от 1-го лица: он смеется над определенного рода сочинителями ("Я знаю отечественных поэтов, которые, немало не думавши, говорят в одну минуту, что наш брат сочинитель должен решить в течение целого месяца"), подчеркивает, что именно он является автором романа ("Итак, как я выше уже упомянул..."), имеющим полное право подсказывать (в ремарках), как действуют или чувствуют его герои.
У Н. Зряхова сложилось свое понимание исторического процесса и мотивов, которые руководят С. Разиным.
Язык романа.
Роман насыщен книжной речью. Для того, чтобы подчеркнуть возвышенность действия, чувства, слов, автор использует славянизмы: очи, уста, денница, чертог, титло, ланита; выражения: "суть два предмета", "испросить прощения", "подъятые труды", "облобызал её бездыханный прах", "ищет сделать меня несчастною", "пресмыкаться в прах ничтожества", сложные слова: неблагоприятным, благовоспитанный, благоразумный, благородный, благосклонный. В фонетике наряду с полногласием есть и неполногласие для придания необычности, торжественности звучанию речи: пришлец-пришелец, глас-голос, глава. Местоимения (сей, сим), как и некоторые союзы (коего, яко) славянского происхождения. Среди прилагательных встречаются прилагательные в превосходной степени (прекраснейший, достойнейший, величайший, легчайший). Обращает на себя внимание большое количество причастий и деепричастий, оборотов, свойственных книжной речи, сложных синтаксических конструкций.
На страницах романа звучит и живая разговорная речь, обычно эмоционально окрашенная: матушка, жёнушка, каляканье, выдрать, батюшка. Использует Н. Зряхов и бранную лексику: обезьяна, беззубая хрычёвка, плешивая голова.
Наряду с общеупотребительной лексикой (солнце, лучи, дом, берег, река), автор пользуется диалектными словами, давая в тексте им толкование: "Бударки, или маленькие лодки рыбаков и охотников до пшеничной ловли и стрельбы"; торговки, называющимися по тамошнему осланями", "чигири -- род водяных мельниц, приводящихся в движение с помощью лошадей".