Кайданов (с язвительностью Полянскому). Однакоже, ваша мамзель из магазина едва ли выйдет показаться мне. Впрочем, я совершенно верю вашему честному слову, что это мамзель из модного магазина.
Полянский (вставая). Милостивый государь!
Кайданов (злобно передразнивая). Что, милостивый государь? Штука-то теперь несомненная (встает, чтобы итти).
Полянский. Вы смеете...
Кайданов. Смею, милостивый государь (хочет итти).
Полянский (удерживая его). Извините: кто бы ни была женщина, доверившаяся честному человеку, он обязан убить мерзавца, который...
Востронюхов (у которого развязность прежде была несколько натянутая, возвращается из той комнаты с совершеннейшим апломбом, и с искреннею насмешливостью). Сударь, сударь, не горячитесь, не из-за чего, сударь; когда вас так подмывает посмотреть на мамзель, нечего делать, принесу ей женино белье, и обуться ей от жены, -- в момент увидите ее, выйдет сама. А теперь не извольте лезть: совсем закрылась одеялом, и с головою: как бы то ни было, сударь, все-таки девица, стыдно показаться-то постороннему в наряде как мать родила. Теперь юбку положил ей, -- но все же слишком малое прикрытие наготы. Погодите, сударь, минуточку, выйдет к вам в полной форме. Ха-ха-ха (уходя). Эх, вы, сударь, сударь! Горячитесь-то попустому! (Уходит в дверь передней.)
Кайданов (все вытаращивавший глаза). Да что же это? Значит я точно ошибался.
Полянский (пожимает плечами).
Кайданов. Подождем, когда так (идет сесть).