Мужчины, посмотрев легкую кавалерию и выслушав солистку, возвращались на веранду, к своим столикам, с веселым смехом, шутками и остротами, напевая "гоп! гоп!" и вслух производили оценку тела исполнительниц. Разгоряченные вином, красные, с масляными глазами, они скользили блуждающим взором по сторонам и рассматривали каждую женщину, попадавшую им на глаза, как рассматривают лошадей. С некоторыми из этих женщин они здоровались за руку и называли их по имени, запросто -- Сашей или Машей, как своих хороших и близких знакомых или родственниц, с другими заговаривали и близко знакомились, приглашая присесть к столику... Спрос на таких женщин возрастал с каждым часом...
У Клары тоже были здесь знакомые, и они приглашали ее или присесть тут же, на веранде, или поужинать в отдельном кабинете, но Клара упорно отказывалась.
Сегодня у ней было какое-то странное настроение: гул веселья, криков, музыки и смеха, стоявший на веранде, казался ей чужим и далеким, и ей не хотелось войти в него и слиться с общим потоком. Она сидела одна за столиком, с собственным коньяком и лимонадом, и всем знакомым мужчинам отвечала с раздражением:
-- Нет!
Своим одиночеством, молчаливой задумчивостью и отчужденностью она сильно интриговала незнакомых, и те поминутно осведомлялись у лакеев, не знают ли они, что это за "экземпляр" посиживает там, у столика, в полном уединении, а разговаривая между собою, называли ее вдовой или таинственной незнакомкой.
-- Позволите присесть? -- впиваясь глазами в Клару, обращался кто-нибудь из таких любознательных, указывая рукою на свободный стул vis-a-vis.
-- Занят! -- холодно отвечала Клара, и тот, слегка раздосадованный и еще более раздраженный, садился поблизости и, прихлебывая винцо, посматривал и ждал, чтобы узнать, кто этот другой, счастливый конкурент, успевший уже абонировать интересный "экземпляр"... Какой-то полный подполковник с широчайшей шеей и одутловатым лицом подсел, не спрашивая разрешения, -- и тогда Клара демонстративно встала и велела лакею перенести свои бутылки и бокал на другой столик, оставив толстого подполковника в полном недоумении.
Приехали на лодке студенты. Они заняли в кустах, около ресторана, беседку, и туда им потащили два лакея корзину с пивными бутылками. Там стало так шумно, словно вдруг стая галок прилетела и, рассевшись на кустах, начала галдеть.
Защелкали пробки, зазвенело стекло стаканов, и скоро хор молодых, свежих и сильных голосов грянул:
Из страны, страны далекой,