-- Свою программу! Как будешь с нами?.. Я -- прямой человек, не люблю, кто все молчит... да!
-- Валяйте, Платон Алексеич!
-- Тише, господа!
Платон Алексеич встал с бокалом. Рука у него вздрагивала и выплескивала на скатерть "иностранные известия". Он был смущен, потому что никогда не говорил в своей жизни речей и не знал, что он теперь скажет...
-- Тише! -- прогремел Потрясовский, полагая, что Платон Алексеич молчит оттого, что нет абсолютной тишины.
-- Господа!..
Платон Алексеич опустил на грудь голову и повел в воздухе свободной левой рукою.
-- Тише!
-- Господа!
Платон Алексеич опять провел рукой.