Миша отлично понял, что горничную подсылали к нему... Раскаялись и стараются как-нибудь исправить... Он -- не маленький. Пусть помучаются!..
А есть, действительно, хочется... Разве зайти в кухню?.. Нет, не стоит: кухарка скажет горничной, горничная -- Нинке, и начнут потешаться...
Лучше протерпеть... Пусть придет сам папа, или даже мама, и скажут: "не сердись, Миша... Ты знаешь, что если не будешь есть и пить, то можешь захворать, и знаешь, как это огорчит нас... Ну, извини, больше этого не будет"... Тогда Миша, конечно, согласился бы и сейчас же пошел бы в столовую. Конечно, ему оставили... Сегодня, кажется, борщ готовили...
Миша проглотил слюну и, подойдя к двери, стал поджидать, когда послышатся мягкие шаги матери... Отец-то не придет, это уж верно, а вот мама может прийти и попросить извинения...
Но мама не шла, а есть хотелось...
Вместо ожидаемых делегатов, появился в дверях красивый сеттер "Фальстаф". Тихой, ленивой поступью вошел он в комнату, понюхал Мишу и вяло помахал хвостом...
"Фальстаф" -- любимец отца, и его место -- под письменным столом отцовского кабинета. Чего же он лезет сюда?.. Пусть идет к своему хозяину и виляет хвостом. Нажрался как!.. Даже брюхо раздуло...
-- Пшел! -- сердитым шепотом крикнул вдруг Миша и толкнул ногой собаку так больно, что та визгнула сперва громко, а потом тише и, обиженно поджав хвост, медленной рысью оставила комнату...
А есть хочется...
Миша долго сосал палец левой руки, сосредоточенно обдумывая свое положение... Наконец, поймал счастливую мысль, которая избавляла его от всяких компромиссов с врагами. Одноклассник Миши, Иванов, недавно продал на толкучем рынке братнину алгебру Малинина и Буренина и купил себе там же кинжал...