Павел Николаевич приятно улыбнулся, а земский начальник сказал:
— Не возражаю…
— Щука… это, между нами сказать, революционеры…
— И вообще, все прочие, тянущие государство в омут социализма и анархизма! — добавил земский начальник.
— Ну а рак…
Павел Николаевич договорил:
— Это — земский начальник! И все те, кто их сотворил!
Все, кроме Замураева, засмеялись, а Замураев обиделся!
— Я прошу при мне не выражаться так о государе-императоре! — сказал он и сердито постучал мундштуком папиросы о тяжелый серебряный портсигар с золотыми вензелями.
Всех это покоробило. Наступила неприятная пауза.