-- Про такой факультет я что-то не слыхал... В каком это университете есть такой факультет? -- спросил я с иронией папиного начальника.
-- А тот факультет, где эту физику изучают, молодой человек...
-- Да ее изучают на медицинском, на математическом...
-- Ну, вот! да... гм...
Произошло неловкое молчание, и меня оставили в покое, не разрешив вопроса о моем призвании.
-- Только бы кончил да место приличное получил, а там все равно, -- пропищала в момент общего затишья моя пенсионная тетушка.
Никто ее не поддерживал, но она продолжала резонерствовать вслух о трудности жизни, о жалованье, пенсионе, казенной квартире и т. д.
Когда пили шампанское, то произносили тост за меня.
Гости разошлись поздно. Мама страшно устала и, как тень, бродила по комнатам в белой кофточке, водворяя хотя некоторый порядок в комнатах. Папа подпил, был весел и, несмотря на упрашиванья мамы -- ложиться и дать всем покой, не хотел этого делать. Заложив руки в карманы брюк, он нетвердыми шагами гулял по зале и напевал: "Не искушай меня без нужды". Смешно, когда папа начинает петь романсы. (Он поет их только в тех случаях, когда выпьет).
-- Не ис-куша-а-ай мме-ня без ну-у-ужды... -- вытягивал папа сиплым басом, ловил меня за талию, по-товарищески, предлагал папиросу и похлопывал по плечу.