Таня начинает ластиться и придумывать для Никифора разные эпитеты, которые приводят того в восторг и заставляют смеяться.
-- Экая ты выдумщица! -- говорит он, а сам рад.
Но вдруг раздается стук в дверь, требовательный и нетерпеливый. Они вздрагивают и умолкают.
Со двора доносятся голоса, смех, крики.
-- Дома ее нет! -- говорит, не отпирая двери, Ариша.
-- Отопри!
И опять стук, болтанье, ругань... А когда все стихнет, прежнее настроение к Никифору больше не возвращается, в душе опять начнет подниматься тревога, и он делается задумчивым и хмурым.
-- На что ты сердишься?
-- Не то, чтобы сержусь, а не могу! Мысли разные в башку лезут...
-- Брось! Не думай! Выпей вот лучше наливочки... Редко видимся, а ты еще -- думать! Что тут думать? Часы-то, милый, бегут, бегут и все в одну сторону, а там и жизнь пройдет... Давай чокнемся -- что ли, ничего не придумаешь, все равно...