-- Наверно, подпакостили... Будем посмотреть! -- произнес почтмейстер, развернул во всю ширину газетный лист, и ему бросилось прямо в глаза очерченное красным карандашом место:
"Янск, от собственного корреспондента"!
Почтмейстер поудобнее поставил лампу, поправил огонь и начал читать:
"Недавно у нас имел место следующий комично-грустный инцидент. Под хлебными амбарами, длинным рядом растянувшимися вдоль Воложки, поселились когда-то свиньи...
-- Свиньи! -- вскрикнул почтмейстер, -- ловко! ну-ну!..
"Эти свиньи одичали и отбились от рук, так что не оказалось лиц, которые бы признали их за свою собственность (sic)!
-- Сик! -- вскликнул почтмейстер и залился неудержимым хохотом.
"Свиньи эти жили в свое удовольствие: питались хлебом из амбаров, под которыми жили, плодились и полнели, пока не проведало этого начальство. Ну, а как проведало, то свиному благополучию пришел конец: все они были переловлены и арестованы. Что сталось с прочими узниками, нам неизвестно, но вот судьба одного из них, самого жирного и вкусного: его решили отправить на воспитание в имение Белые хутора, принадлежащее нашему земскому начальнику.
-- Хо-хо-хо! Здорово! -- прокричал почтмейстер с каким-то захлебывающимся трепетом и стал потирать руки:
"Запрягли пару земских лошадок с колокольчиками, уложили свинью на сено и повезли. И все бы это ничего...