Тогда почтмейстер вынул из кармана номер "Приволжского Курьера" и, бросив его на зеленое поле биллиарда, облегченно вздохнул, словно разрешился, наконец, от какого-то бремени... Секретарь и землемер жадно читали и хихикали от наслаждения тихо, под сурдинку, потому что боялись привлечь внимание исправника, который громко и с расстановкой продолжал там, в карточной, рассказывать про Плевну. Потом они начали вырывать газету друг у друга, чтобы еще раз прочитать хорошенько, просмаковать эту занятную штуку, а Ардалион Михайлович останавливал:
-- Тише, господа! -- Изорвете, Иван Васильевич!
-- Покажем исправнику! -- предложил землемер, отирая кулаком слезы наслаждения.
-- Неудобно... "Сик" там это... Наплевать! -- сказал почтмейстер, махнув рукой, -- еще выйдет какая-нибудь неприятность... Завтра он сам получит... И ему прислали...
-- Пустяки! Давайте, я покажу, -- сказал землемер.
Это был человек всегда "с похмелья", и ему всегда было море по колено.
-- Что он мне сделает? Хм! давайте!
Землемер надел сюртук, поправил волосы, застегнул одну нижнюю пуговицу и, взяв газету и сделав печально-строгое выражение на своей полупьяной физиономии, отправился в карточную комнату.
-- Вот вы, господа, сидите и играете, а между тем у нас ведь неблагополучно, -- серьезно сказал он, останавливаясь около играющих.
-- Что такое?