-- Я думаю, что быть честным человеком и скромным работником может всякий из нас...
-- Нельзя ли точнее, определеннее? -- перебил Рузавина товарищ, мрачно уставившись в кружку с пивом. -- Что же ты намерен делать?
-- Что делать? Буду сеять доброе семя в качестве педагога, делиться светом знания с маленькими человечками, честно работать, т.е. сознавать, что на избранном поприще ты делаешь все, что можешь...
-- Ну, а затем?
-- Затем, часть своего труда отдам тесному семейному кругу: матери, брату, быть может, -- любимой женщине...
Товарищ молчал. Низко опустив над кружкою пива свою лохматую голову, он смотрел вниз, потом тихо, вполголоса замурлыкал отрывок из оперы "Евгений Онегин": "Когда бы жизнь домашним кругом я ограничить захотел"...
-- В этой бесхитростной программе, -- начал снова Рузавин, -- только и есть, что быть честным, порядочным человеком, бескорыстным тружеником общества. Гигантских сил не потребуется.
-- Гм... да. Это только задача на все четыре действия, с дробями! -- загадочно промычал товарищ и грозно крикнул:
-- Человек! Кружку пива!
Спустя год Рузавин был учителем математики в Н-ской классической гимназии, а его друг довольствовался званием "бывшего студента". В начале своей бесхитростной деятельности молодой учитель горячо принялся за выполнение своей бесхитростной программы, но его на первых же порах охладили: