-- Самоубийство произведено...
Но и только... На все дальнейшие расспросы он категорически отвечал:
-- Не могу знать...
Однако все знали уже, что самоубийство "произведено" квартирантом нижнего этажа, учителем гимназии... Весть об этом несчастье с быстротою телеграфных сообщений облетела весь двор с его многочисленными флигелями и пристройками. Обитатели их, вероятно, на том основании, что жили с покойным на одном дворе, не преминули воспользоваться черным ходом, забраться в коридор и сени, -- и теперь с любопытством заглядывали в окна несчастной квартиры, таинственно перешептываясь между собою. Кто побывал с заднего хода, -- тот спешил выйти на улицу и с видимым удовольствием сообщал последние известия. Всем было интересно узнать подробнее: как застрелился? Куда себе запалил? Велика ли дыра? Сразу или мучился? и т. д...
Приехал полицейский пристав и судебный следователь.
Толпа раздвинулась, и чиновники с важностью и строгими взглядами прошли в квартиру...
Будочник, вытянувшись в струнку при входе чиновников, теперь сделался окончательно недоступен.
-- Ничего неизвестно -- твердил он на все расспросы публики.
После всех прибыла и медицинская помощь в лице старенького седенького старичка в очках.
Доктор с трудом вылез из пролетки и долго расплачивался с извозчиком. Оба -- и доктор, и извозчик -- остались недовольны друг другом...