Спрыгнул с саней и широким твердым шагом подошел к амбару. Мельник стоит красный от волнения. Виктор снимает шапку: Здравствуй, хозяин! Я к твоей милости за хлебцем. Уж больно ты спесив! Просил тебя, просил -- не едешь. Ну, думаю, делать нечего, придется ехать самому получить с тебя должишко,-- сказал Виктор.
Рядом с ним -- его охрана в серых шинелях. Встали очередь подводы. Хлопая рукавицами, подходят возчики, бегут с мельницы помольцы. Народ спешит -- любопытно, как будет отбирать от мельника хлеб новый председатель, который так недавно стучал здесь топориком за корку хлеба.
-- Ограбить хочешь? -- крикнул старый председатель-мельник.-- Не стыдно? Разбоем ездишь?
-- Давно пора тебя ограбить! За тобой насчитывается много,-- ответил ему новый председатель, поправляя на голове шапку, и, вдруг отступив шаг назад, крикнул: -- отпирай, не ломайся!
Мельник затопал, замахал на него руками, как петух крыльями:
-- Не отопру, грабитель, вор! Я жаловаться буду!
-- Отпирай!-- повторил Виктор резко. Грудь его взволнованно поднималась и опускалась. -- Ломайте замок!-- приказал он солдатам. Низкорослый, плечистый солдат, сын скотника, Ванька, ударил по замку прикладом. Замок слетел, дверь распахнулась. Мельник завизжал, оттолкнул солдата, встал в дверях, раскинул руки в косяки, уперся. Виктор шагнул и сделал отстраняющий жест.
-- Пусти, не задерживай! Ты арестован!-- объявил он.
-- Не пущу, не дозволю грабить мое добро. Платоха, Мишка!-- звал сыновей мельник тонким пронзительным голосом. Сыновья бежали с ружьями от дома, разъяренные, красные.
-- Прочь с дороги, свинья!-- крикнул Виктор, повернулся, вырвал у плечистого солдата винтовку, щелкнул затвором и направил дуло на мельника.