-- Батюшка! -- окликнула она священника, когда тот проходил мимо. -- Помяните, батюшка, убиенного на брани Михаила!
Священник молча кивнул и прошёл в алтарь.
Боярыня как стояла, так и застыла на месте, ни молитвы, никаких дум. Уставившись на лик Спасителя, она не сводила с него глаз.
Вышел дьякон и начал ектению.
-- Помяни, Господи, убиенного на брани Михаила...
Рухнула боярыня на колени и припала горячим лбом к холодным плитам пола.
-- Помяни, Господи, помяни, Господи! -- зашептала она вслед за дьяконом.
Наконец она встала и, шатаясь, вышла из церкви.
Воротилась она домой и снова запёрлась в четырёх стенах, никого не видя, не зная, что творится в Великом Новгороде, поглощённая тоской-кручиной и горем лютым.
Вдруг встрепенулась она, над Новгородом повис гул колокольный.