— А что вы до войны делали?
— Мы? — переспросил Архипов. — Мы никакой особой специальности не обучены. Мы все делали. Был у нас домик, огород, корова. Этим больше жена заведовала. А я зимой уходил лес пилить, а летом плоты по реке гнал. А последние годы работал здесь, в слободе, в совхозе. При лошадях. Конюхом.
Ему, видимо, редко приходилось разговаривать, и он мало-помалу оживлялся. Он то садился на койку, то вскакивал, хватал свою бороденку в кулак и дергал так, словно собирался ее вырвать.
— А теперь чем хотите заниматься? — спросил Коля.
— А теперь мне все равно, — сказал Архипов.
— Опять в совхоз поступите?
— Нет, я теперь при школе.
— При школе? — удивился Коля.
— Ну да, Виталий Макарыч меня к себе взял. Гардеробщиком у вешалки. А пока в школе не учатся, выполняю разные его поручения.
— Какие поручения?