Князь рассеянно выслушал джентльменов.
-- Мне очень не хочется драться с мистером Джемсом, -- сказал он искренно. -- Я готов извиниться. Я в самом деле сказал неосторожно, что англичане не обижаются, когда их называют чудаками. Конечно, это несправедливо и неверно. Я извиняюсь.
Но джентльмены объяснили, что мистер не может удовлетвориться подобным извинением, что лишь поединок может разрешить это печальное недоразумение.
-- Хорошо -- вздохнул князь. -- Придется драться, очевидно.
И через три дня в самом деле состоялась дуэль.
Князь был очень недоволен этой историей. В сопровождении двух своих секундантов, -- одного графа, очень светского и успевшего пожить человека, дальнего своего родственника, и другого, совсем юного корнета, которого ему привез Паучинский, князь в десять часов утра выехал на место поединка. Господа секунданты выбрали местечко за Новою Деревнею, у так называемой Красной Мельницы. Противники должны были съехаться в автомобилях.
В то утро было весьма морозно, но, по счастью, не было ветра. И день был солнечный. Накануне выпало много снегу, и теперь ели стояли, обложенные все белыми подушками. Когда подъехал князь, джентльмены были уже там. Все трое курили. Корреспондент самоотверженно шагая по цельному снегу, поставил барьер и указал место противникам.
-- Не хотите ли мириться? -- крикнул сердито князь, не дожидаясь уговора секундантов. -- Я всяческие приношу извинения.
Мистер Джемс поднял один палец и помахал им перед носом в знак несогласия.
Он сбросил шубу и вышел на площадку первый. Прихрамывая на одну ногу, поплелся и князь на свое место с кислою и капризною гримасою.