-- Постой! Постой! -- сказала Любовь Григорьевна тихо и нежно. -- Какие сумасшедшие слова ты говоришь! Постой. Дай посмотреть на тебя. Не сон ли все это? И как я решилась прийти к тебе? Постой...
Но Баталин крепко сжал ее руку и, уже не слушая ее, стал несвязно не то просить, не то требовать, чтобы она ехала к нему.
И она согласилась. И только когда они ехали на извозчике мимо Инженерного Замка, она серьезно спросила Баталина:
-- Но, милый! Но, хороший! Надо ли ехать? Надо ли?
Она со страхом вошла в квартиру Баталина и села в кресло, не снимая шляпы и не раздеваясь.
Она закрыла лицо руками и долго не отнимала их. И тщетно Баталин стоял перед ней на коленях и умолял ее посмотреть ему в глаза.
Потом она успокоилась, и они сидели перед камином, и она плескала в огонь вино и смеялась детским прозрачным смехом...
И после сидела на постели в одной сорочке, обхватив колени руками, и молча смотрела на горящую свечу.
VI
Любовь Григорьевна бросила мужа и поселилась у Баталина.