Революция формы - это не революция одной только литературной "техники". Отнюдь.
Подобно тому, как культурная революция - это не значит: революция "культурничества". Вовсе нет.
И то, и это - много глубже.
Революция литературной формы, как и культурная революция, есть революция сознания прежде всего. Это - борьба за право выражения революционного сознания революционными средствами.
Вот - что такое революция формы, и революция эта - очень серьезно впереди.
Жизнестроение путем литературы, - или же пропускание уже построенного через призму осознания (не говорим уже - "прекрасного")? Вся правда подлинно-реальной жизни, - или же правдоподобие идеалистического "реализма"? Стык науки и литературы в обработке факта, - или же праздная выдумка невежественных имитаторов жизни, если не классовых врагов?
Вот - как стоит вопрос, и так только вопрос о революции литературной формы стоять и может. Вопрос о технике - отсюда вытекает.
Нельзя практиковать приемы и подходы вечно и вне временно. Вопрос о практике - вопрос диалектический.
Нельзя перепевать мотивы беспредметного утверждения революции, когда вся жизнь кричит о конкретной производственной работе, - нельзя обращаться к самым формам "поучительной" подмены реальности, когда требуется живая работа над фактом.
Нельзя, наконец, опыт современного строительства осуществлять вчерашней техникой, - нельзя приемы литературного оборудования современного человека добывать из арсенала феодального мастерства.