Графъ Керваэнсъ, все это время смотрѣвшій пронзительными глазами своими на Нелиду, не слыхалъ, или показалъ видъ, что не слыхалъ. Виконтесса принуждена была прибавить:
-- И на этотъ разъ вы къ намъ возвращаетесь совершенно?
-- Совершенно, точно, отвѣчалъ графъ.-- Я кончаю жизнь туриста. Я купилъ въ вашей улицѣ маленькій отель. Вскорѣ отправляюсь въ Бретань, чтобъ устроить свой старый замокъ, возобновить контракты съ фермерами, остававшіеся безъ увеличенія двадцать лѣтъ, и прогнать мошенника-управителя, который, какъ мнѣ пишутъ, обокралъ меня низкимъ образомъ. Потомъ, когда я вернусь, вы увидите во мнѣ человѣка во всѣхъ отношеніяхъ порядочнаго.
-- Разскажите же, что съ вами сдѣлалось въ эти четыре года?
-- Что со мной сдѣлалось, сударыня? продолжалъ г. де-Керваэнсъ, гладя своей прекрасной рукою, съ которой небрежно снялъ перчатку, гладкую и лоснящуюся шею лошади:-- это слишкомъ-долго разсказывать. Я путешествовалъ какъ Жокондъ, какъ Чайльдъ-Гарольлъ, какъ странствующій Жидъ; я видѣлъ Италію, Грецію, Константинополь, Россію и даже, проѣздомъ, немножко Даніи, честное слово. Я дѣлалъ глубокія наблюденія и вывелъ изъ своихъ замѣчаній, что мужчины вездѣ одинаково несносны, но что нигдѣ нѣтъ такихъ прекрасныхъ женщинъ, какъ въ Парижѣ; вотъ почему я и возвратился.
Улыбка пробѣжала по губамъ серьёзной Нелиды.
-- Вижу, что вы остались тѣ же, сказала виконтесса: -- вѣчно насмѣшливы, вѣчно...
-- Позволите ли вы мнѣ засвидѣтельствовать вамъ мое почтеніе?
-- Не только позволяю, но приглашаю васъ къ себѣ завтрашній же день. У меня кое-кто будетъ; мы немного потанцуемъ.
-- Удостоите ли вы, сударыня, сберечь для меня вальсъ? сказалъ г. де-Керваэнсъ, желая наконецъ услышать голосъ прекрасной и молчаливой дѣвушки.