-- Не хотите ли поужинать со мной... -- пробормотал сквозь зубы Пеппе.
-- Нет, нет, мой милый, -- прервал его Трещотка, направляясь к двери. -- Накрой свою голову передником Пеладжии и соли свою свинью!
II
Приятели пошли вдоль берега реки.
Барки из Барлеты, нагруженные солью, блестели вдали, как сооружения из драгоценного хрусталя, со стороны Монтекорно падало ясное, белое сияние, прорезывавшее неподвижный воздух, отражаясь в прозрачности вод.
-- А что, если бы мы сегодня ночью украли свинью? -- сказал, останавливаясь, Пересмешник.
-- Каким это образом? -- спросил Трещотка.
-- Я-то уж знаю как, -- ответил Пересмешник, -- лишь бы свинья лежала в том месте, где мы ее видели.
-- Что ж, идет! -- сказал Трещотка. -- Ну а потом что?
Пересмешник снова остановился. Его маленькие глазки светились, словно два настоящих карбункула, его красное цветущее лицо с ушами фавна искривилось от веселой гримасы.