-- Вы можете вылечить мою Лизель? -- пролепетал он.
Фон Краш серьезно кивнул головой.
-- Но как? Как?
-- Присядьте, пожалуйста. А теперь выслушайте меня. Я немец и, естественно, мой долг и моя совесть призывают меня помогать моим соотечественникам.
-- Однако она не немка...
-- Конечно, так как она ваша дочь, а вы -- француз. Но она была воспитана в Германии, и мать ее была немецкая подданная... Ребенок считается нашим, немецким, он не знал отца...
-- Вы правы... Потеряв рассудок, она даже не знает, что родной отец рядом с ней!
-- Не волнуйтесь! Вопрос теперь сводится к тому, чтобы она узнала о своем отце как можно скорее. Что прошло, то прошло... Прошлое нужно забыть. Узнав, что моя соотечественница находится в таком печальном положении, я приехал из Лондона в сопровождении своей дочери Маргариты, которая помогает мне в благотворительных делах.
Молодая женщина отрицательно покачала головой, но этого никто не заметил.
-- Вот что я предлагаю. Как только закончится суд, я отвезу вас в Германию и положу больную в клинику доктора Волинца, моего друга, специалиста по ядам, для которого в этой области нет тайн. За месяц, самое большее недель за шесть, он вернет рассудок вашему ребенку. Когда фрейлейн Лизель будет здорова, я предоставлю в ваше распоряжение определенную сумму, ведь важно не только вылечить бедняжку, но и сберечь.