(15 января 1904 г. No 57).
Какъ извѣстно, на святкахъ полагается заполнять столбцы газетъ фантастическими разсказами и волшебными сказками. Такъ ужъ заведено изстари, и изъ года въ годъ читатели съ сердечнымъ трепетомъ читаютъ все ту же повѣсть о страданіяхъ угнетенной добродѣтели, прекращаемыхъ въ концѣ концовъ волшебной палочкой прекрасной феи. Фея должна явиться, потому что дѣло происходитъ на святкахъ, когда добродѣтели торжествовать полагается, когда неприлично огорчать читателя, когда, наконецъ, "по закону", всѣмъ и каждому должно быть весело...
Въ ряду такихъ рождественскихъ сказокъ не послѣднее мѣсто занимаетъ и произведеніе, неизмѣнно появляющееся на страницахъ газетъ перваго января каждаго года подъ скромнымъ заглавіемъ: "Всеподданнѣйшій докладъ министра финансовъ о государственной росписи доходовъ и расходовъ на такой-то годъ". Содержаніе этой сказки несложное: изъ года въ годъ прекрасная царевна, носящая прозаическое имя "русскіе финансы", страдаетъ отъ Притѣсненій злыхъ разбойниковъ; она страдаетъ отъ роста расходовъ на "обезпеченіе государственнаго порядка и спокойствія", на "оборону страны", на "государственное управленіе", на "пути сообщенія"; ее пучитъ необходимость считаться съ "ходатайствами о болѣе широкомъ удовлетвореніи самыхъ разнообразныхъ потребностей", вызванныхъ несчастной "привычкой къ благопріятному положенію хозяйства"; да мало ли что еще терзаетъ бѣдную, прекрасную царевну! И вотъ она гибнетъ на глазахъ растроганнаго читателя; кажется, еще минута, и отъ прелестной дѣвы не останется ничего, кромѣ огромнаго дефицита... Но тутъ является на выручку прекрасной царевны не менѣе прекрасная фея, "свободная наличность", и картина сразу мѣняется: вмѣсто унынія и печали -- радостное торжество, вмѣсто дефицита -- "избытки"; царевна сохраняетъ невинность и пріобрѣтаетъ капиталъ, все кончается къ общему благополучію, и талантливый авторъ раскланивается съ почтеннѣйшею публикою до слѣдующаго года. Такова несложная фабула сказки, придуманной г. Витте и теперь съ неменьшею "талантливостью" разсказанной русской публикѣ его преемникомъ.
Разумѣется, для тѣхъ, кто слышитъ эту сказку уже не въ первый разъ, фабула эта давно потеряла свою притягательную силу. Немного найдется на свѣтѣ простаковъ, которые продолжали бы восхищаться чудесными подвигами "свободной наличности", потому что происхожденіе этой феи давно уже извѣстно всѣмъ и каждому. Непрерывныя увѣренія о "вполнѣ удовлетворительномъ" состояніи финансовъ и ежегодной реализаціи "избытковъ" съ одной стороны, и столь же непрерывные лихорадочные поиски за займами на всѣхъ иностранныхъ и русскихъ биржахъ, повышеніе старыхъ и введеніе новыхъ налоговъ достаточно недвусмысленно указываютъ на источникъ той "свободной наличности", которая позволяетъ русскому министру финансовъ прикрывать прорѣхи государственнаго хозяйства золотыми заплатами.
"Послѣ насъ хоть потопъ" -- вотъ въ концѣ концовъ историческій смыслъ этого хозяйства, обременяющаго страну колоссальными долгами и выжимающаго послѣднія крохи изъ мошны трудового народа. Долги съ одной стороны, непрерывно растущіе косвенные налоги -- и въ центрѣ ихъ доходъ съ водки -- съ другой -- вотъ довольно несложная система выкачиванія денегъ, на которой держится хозяйство самодержавнаго правительства. Введеніе новыхъ налоговъ на керосинъ, спички, сахаръ, пробирной пошлины и пошлинъ на паровые котлы и локомобили; повышеніе налоговъ на водку, вино, пиво, табакъ, повышеніе гербоваго сбора, повышеніе ввозныхъ пошлинъ почти на всѣ предметы, въ томъ числѣ на чай и хлопокъ; наконецъ, "винная монополія", т. е. устройство собственной монопольной торговли водкой оптомъ и въ розницу, по ростовщическимъ цѣнамъ -- вотъ плоды хозяйничанья самодержавныхъ откупщиковъ за послѣднія 15 лѣтъ. Нечего и говорить, что всѣ эти налоги главною тяжестью своею ложатся на рабочій классъ и крестьянство.
Разумѣется, и роспись текущаго года ничѣмъ въ этомъ отношеніи не отличается отъ своихъ предшественницъ. Попрежнему почти все бремя расходовъ на поддержаніе самодержавнаго правительства, дворянскаго землевладѣнія, разжирѣвшаго духовенства, "отечественной промышленности" и проч., и проч. будетъ лежать на плечахъ трудящихся классовъ; попрежнему, несомнѣнное истощеніе страны непосильными поборами, несомнѣнное разореніе и ростъ задолженности, прикрываются кассовыми фокусами, въ которыхъ главную роль играетъ все та же "свободная наличность", на этотъ разъ въ суммѣ почти 200 милліоновъ рублей. Поэтому останавливаться на разборѣ цифръ, Приводимыхъ въ новой росписи, рѣшительно не стоитъ труда. Не стоить потому, что это завѣдомо фальшивые счета вороватаго приказчика, единственная цѣль которыхъ такъ или иначе подвести "баланецъ" въ разсчетѣ на то, что одинъ видъ этого "баланца" долженъ подѣйствовать успокоительно на довѣрчиваго хозяина.
Нѣсколько изумительна только та чрезмѣрная наглость, съ которою фокусники, поощряемые молчаніемъ народа, производятъ на этотъ разъ свою операцію пусканія пыли въ глаза. Въ то время, какъ весь свѣтъ съ напряженіемъ слѣдитъ за ходомъ столкновенія Россіи съ Японіей, когда каждый день можетъ вспыхнуть война, и когда завѣдомо для всѣхъ уже производятся огромныя экстренныя траты на закупку провіанта, снаряженіе и вооруженіе войскъ, военныхъ судовъ и крѣпостей; когда каждый день уноситъ все новые и новые милліоны народныхъ денегъ во славу нашего молоха; въ это самое время фокусники министерства финансовъ осмѣливаются публиковать "роспись", въ которой умудряются ни единымъ словомъ не упомянуть объ этихъ колоссальныхъ расходахъ и даже показывать якобы уменьшеніе расходовъ по... морскому министерству! Ужъ одинъ этотъ фактъ показываетъ, какую цѣну имѣютъ увѣренія о "сведеніи росписи съ соблюденіемъ должнаго равновѣсія между доходами и расходами".
И надо сказать: это фальшивое счетоводство, это издѣвательство надъ платящимъ налоги населеніемъ, это обремененіе страны все новыми и новыми долгами, это пренебреженіе всѣми насущными интересами и всѣмъ экономическимъ будущимъ Россіи во имя поддержанія хищническаго хозяйства будутъ возможны до тѣхъ поръ, пока самодержавное правительство еще пользуется нѣкоторымъ кредитомъ, пока оно находитъ еще возможность заключать займы на иностранныхъ рынкахъ. А кредитъ этотъ изсякнетъ, возможность уничтожится только тогда, когда народъ открыто и прямо заявитъ, что не будетъ признавать долговъ, заключаемыхъ правительствомъ безъ согласія народа. При всемогуществѣ банкировъ для капиталистическаго общества, быть можетъ, окажется невозможнымъ, не рискуя вызвать всемірной войны, отказаться платить долги, уже сдѣланные русскимъ правительствомъ, но можно и должно добиться такого положенія дѣлъ, когда заключеніе новыхъ займовъ станетъ невозможнымъ для правительства. Тотъ день, когда это случится, будетъ днемъ крушенія абсолютизма который держится только поддержкой международныхъ банкировъ.
И о такой некредитоспособности режима должна прежде всего заявить соціалдемократія, партія рабочаго класса, на который падетъ главная тяжесть ликвидаціи организованнаго хищничества и разбоя. Но для того, чтобы такое заявленіе ея имѣло дѣйствительный вѣсъ и значеніе, а не оставалось реторической фразой, соціалдемократія должна прежде всего завоевать себѣ такое вліятельное положеніе во всей политической жизни страны, стать такимъ вліятельнымъ факторомъ въ группировкѣ общественныхъ силъ, чтобы къ словамъ ея вынуждены были прислушиваться, чтобы ихъ вынуждены были принимать во вниманіе. Биржа -- это такой чуткій и трезвый оцѣнщикъ удѣльнаго вѣса всѣхъ факторовъ политической жизни, что, можно безъ преувеличенія сказать, мѣра впечатлѣнія, какое произведетъ такое заявленіе соціалдемократіи, можетъ служить мѣрой политическаго вліянія ея. Поэтому самая возможность для соціалдемократіи выступить съ серьезнымъ и открытымъ заявленіемъ о финансовой несостоятельности правительства предполагаетъ предварительно огромную работу по укрѣпленію и завоевыванію вліянія во всѣхъ отрасляхъ общественно-политической жизни страны; предполагаетъ превращеніе стихійнаго движенія рабочихъ массъ, въ гораздо большей степени возбуждаемыхъ, чѣмъ руководимыхъ соціалдемократіей, въ сознательное движеніе рабочаго класса подъ всеобъемлющимъ руководствомъ соціалдемократической партіи, предполагаетъ -- не за словахъ только и не въ собственномъ сознаніи, а на дѣлѣ -- главенство соціалдемократіи надъ всѣмъ русскимъ революціоннымъ и оппозиціоннымъ движеніемъ. Соціалдемократія должна употребить всѣ усилія, чтобы заставить всѣ другія борющіяся съ абсолютизмомъ партіи и группы населенія принять ея лозунги борьбы. Отъ степени пониманія соціалдемократами своихъ собственныхъ задачъ, отъ широты ихъ политическаго кругозора будетъ въ значительной мѣрѣ зависѣть наступленіе этого момента.
* * *