Гунтарис ушел, и Арагад с вздохом отправился искать Матасвинту.
В саду у ручья сидела, мечтательно глядя вперед, Матасвинта, а подле нее девочка-мавританка в одежде рабыни плела венок. Вот он сплетен наконец. Девочка вскочила, положила голову госпоже и с сияющим лицом взглянула, какое впечатление это произвело. Но Матасвинта даже не заметила, как цветы коснулись ее чела. Девочка рассердилась.
- Но госпожа, о чем же ты все думаешь?
- О нем, - ответила Матасвинта, подняв на нее глаза.
- Ну, это уж невыносимо: из-за какого-то невидимого человека ты забываешь не только обо мне, но и о себе самой. Чем все это кончится, скажи мне? Сколько дней уже сидим мы здесь, точно пленницы: шагу не можем сделать за ворота дома, - а ты спокойна и счастлива, точно так и быть должно. Чем же это кончится?
- Тем, что он придет и освободит нас, - уверенно ответила Матасвинта. - Слушай, Аспа, я все расскажу тебе. Никто, кроме меня, не знает этого. Но ты своею верной любовью заслужила награду, и мое доверие - лучшая награда, которую я могу предложить.
В черных глазах девочки показались слезы.
- Награда? - сказала она. - Дикие люди с желтыми волосами украли Аспу. Аспа стала рабой. Все бранили и били Аспу. Ты купила меня, как покупают цветы, и ты гладишь меня по волосам. И ты прекрасна, как богиня солнца, и говоришь еще о награде!
И девочка прижалась к госпоже.
- У тебя золотое сердце, Аспа, моя газель. Но слушай.