- Сочтем же сначала свои силы, - ответил Витихис. - Каждый начальник пусть говорит, сколько у него воинов.
- У меня три тысячи пеших и конных, - начал Гильдебад.
- У меня сорок тысяч пеших и конных, - сказал герцог Гунтарис.
- У меня сорок тысяч пеших, - сказал граф Гриппа.
- У меня семь тысяч, - заявил Гильдебранд.
- Кроме того шесть тысяч всадников привел Тотила, - добавил Витихис.
- Да четырнадцать тысяч у Тейи. Где он? Его здесь нет? И наконец у меня пятьдесят тысяч пеших и конных. Итого сто шестьдесят тысяч готских воинов, - с торжеством заключил король. - Теперь нам нет нужды медлить.
- Ни минуты нельзя медлить! - вскричал Тейя, вбегая в залу. - Мести, король! Мести! Совершилось ужасное преступление, которое вопиет о мести! Веди нас скорее в битву!
- Что случилось? - спросили несколько голосов.
- Один из полководцев Велизария, гунн Амбацух, давно уже окружил, как вы знаете, крепость Петру. Помощи не было ни откуда. Только молодой Арагад, - он, видимо, искал смерти, - вступил с ним в бой со своим маленьким отрядом и был убит. Крепость была полна народа, потому что в нее собрались все старики, женщины и дети из окрестных долин. Небольшая кучка воинов защищалась отчаянно, но наконец голод заставил их открыть ворота. Гунн поклялся не проливать крови. Когда их впустили, он велел собраться всем готам в церкви. И когда они собрались, - пять тысяч стариков, женщин и детей, и двести воинов...