- Кончай, - спокойно ответил Цетег, поднимаясь. - Я выслушаю спокойно, что бы там ни было. Все прочее может касаться уже только меня, а не Рима.
- Но оно ужасно! О господин, несколько времени они говорили так, что я ничего не понял. А потом Нарзес сказал:
- Император пишет: за то, что он был в связи с Феодорой и вместе с нею обманывал императора, пусть его постигнет участь, которую он готовил Велизарию: ослепление...
- Да? - улыбнулся Цетег и схватился за кинжал.
- И распятие!.. - Продолжал раб и снова с рыданием бросился к ногам своего господина.
- Успокойся, я еще не распят, твердо стою на ногах, кончай!..
- Но я полководец, а не палач, - продолжал Нарзес. - Юстиниан должен удовольствоваться тем, что я пришлю ему голову этого храбреца". Но... О господин... только не это! Что хочешь, только не это! Уж если мы должны умереть...
- Мы? - улыбнулся Цетег. - Но ведь ты же не обманывал великого императора и не был в связи с Феодорой. Тебе не грозит никакая опасность.
Но Сифакс, не слушая его, продолжал:
- Да разве же тебе неизвестно? Вся Африка хорошо знает, что если отрубить голову человека, то душа его должна будет целые века жить в теле самых отвратительных безголовых червей. О, только бы они не отрубили твоей головы!.. - рыдал Сифакс.