Не входя в дальнейшие частности распределения доходов, как, например, в изложение способа платы за ученые открытия, художественные произведения, способ платы врачам, ибо мое дело не излагать систему Фурье, а доказать безвредность ее,-- я перехожу к передаче наследства.
Признавая право собственности, Фурье понимает под ним как право пользоваться имуществом, так и право отчуждать его и поэтому признает и право передачи собственности по наследству, уничтожение которого считает нарушением законной свободы человека -- угнетение одного из коренных стремлений души человеческой -- страсти родственности (familisme). Фурье полагал только, что в обществе, устроенном по его плану, наследство будет дробиться на большее число долей, нежели теперь. При необеспеченности, которой подвержены теперь даже самые богатые люди, умирая, каждый желает доставить детям своим как можно более, дабы по возможности оградить их от этой необеспеченности. Тут любовь к детям, обыкновенно далеко превышающая все другие привязанности, заставляет на время их умолкать и отдает детям все из страха могущих случиться с ними бедствий. Однако и теперь видим мы, что очень богатые люди всегда почти оставляют часть наследства другим родственникам своим и приближенным, чего не бывает при небольших или средних состояниях, при которых существует больше опасений за будущность. Так как при экономическом устройстве обществ по плану Фурье для всех существует полная обеспеченность, то каждый, отказывая свое имущество, может принимать в расчет все свои привязанности. Поэтому Фурье говорит, что наследство будет распределяться пропорционально числу и степеням привязанности умирающего.
Через это достигается тот результат, что каждый, находясь в родственных или дружественных связях со множеством лиц, получает в течение жизни своей значительное число наследств, которые, приходя мало-помалу, не позволяют рождаться тому отвратительному чувству, которому, однако, к несчастью, мы видим примеры, чувству, заставляющему желать смерти родственников, от которых надеются разбогатеть. Такое раздробление наследств усиливает и расширяет родственные связи.
При этом, полагаю, я должен заметить, что здесь, как и везде, все свои предположения Фурье вовсе не считает обязательными для обществ, устроенных на основании сериарной организации работ. Фурье выдает их только за следствия, которые, по его мнению, должны необходимо произойти при общественном устройстве, в котором все наклонности и способности человеческие примут правильное и гармоническое развитие. Ежели бы, например, кому вздумалось отдать все свое наследство своему единственному сыну, то он точно так же мог бы это сделать, как теперь всякий может отдать свое благоприобретенное имущество кому ему угодно.
В этом кратком очерке представил я все главные основания экономического устройства обществ, предлагаемого Фурье. Главным, можно сказать, единственным основанием ему служит так называемая сериарная организация всех проявлений человеческой деятельности. Как прямое следствие, из нее вытекает привлекательность труда, который, увеличивая в необыкновенных размерах производство богатств, чему еще способствует экономия при потреблении, происходящая от ассоциации, позволяет дать много ничего не имеющем или имеющим мало, не только не отнимая ничего у имеющих, но еще прибавляя и им. Это же распределение всей деятельности человека до группам и сериям, уничтожающим борьбу интересов и столкновение страстей, уничтожает самый источник и корень раздоров, пороков и преступлений. При всем этом Фурье не уничтожает ни одной из основ государственной и частной жизни, ныне существующих, вовсе не касается политического устройства государств, признает вредным всякое насильственное изменение этого устройства; оставляет неприкосновенным право собственности, право капитала на следующую ему часть из вновь произведенного богатства и право наследства как материального относительно имуществ, так и нравственного относительно титулов и других достоинств, могущих переходить к. потомкам; преследует идею равенства не только как несбыточную мечту, но как мысль вредную и несообразную ни с природою человеческою, ни с требованиями сериарного закона, для осуществления которого необходимы неравенства во всех отношениях.
Прежде, нежели окончу эту часть моего ответа, я должен упомянуть еще о двух обвинениях, взводимых на учение Фурье противниками его,-- что он уничтожает семейства и проповедует безнравственность в междуполовых отношениях.
1) Фурье уничтожает семейство. Семейственные связи основаны на двух коренных стремлениях души человеческой; любви супружеской и любви родителей к детям и детей к родителям. Фурье принимает оба эти чувства в число коренных страстей человека. Этого одного было бы уже достаточно для опровержения взводимых на него обвинений. Разве в общественном устройстве Фурье родители не так же будут заботиться о своих детях, как и теперь, утешать их в их маленьких неудачах, радоваться их успехам -- избирать для них методу воспитания, пока они сами еще не могут обнаружить своих склонностей? Правда, Фурье предлагает общественную методу воспитания. Но разве и теперь не отдают детей в общественные заведения, что нисколько не нарушает семейных уз. Но при общественной методе воспитания Фурье отцы и матери будут жить тут же вместе со своими детьми, и ежели бы кто пожелал воспитывать детей домашним образом, то имел на то полное право.
Что же изменяет Фурье в семейных отношениях, из чего могли бы взять, что он уничтожает семейство? Он соединяет отдельные хозяйства каждого семейства в одно общее большое хозяйство по чисто экономическим причинам. Но разве семейные связи зависят от того, где готовится кушанье -- на домашней или на общей кухне, где моется белье, где хранятся запасы и т. п. Итак, действительно Фурье соединяет отдельные семейные хозяйства в одно общее хозяйство, но не думает разрушать семейных уз, имеющих гораздо высшее основание.
2) Фурье проповедует безнравственность в междуполовых отношениях. Действительно, Фурье говорит, что по его мнению отношения между полами должны измениться и сделаться свободнее, нежели они теперь, не на деле, а по праву. Но Фурье выдает это как за свое предположение, которое во всяком случае должно осуществиться не ранее как через пять поколений после всеобщего принятия предлагаемого им общественного устройства, т.-е. не ранее как лет через 300.
Вообще о междуполовых отношениях Фурье говорит только в первом сочинении своем "Théorie des quatre mouvements", написанном им в 1808 году, прежде нежели им были сделаны все части его открытия и которое позволил он вторично напечатать по усиленной просьбе своих учеников, смотрящих на это произведение как на исторический памятник. Сам Фурье считал его недостойным себя и по слогу и по методе изложения. Во всех других сочинениях своих он прямо говорит, что в первых фалангах, по крайней мере в течение 300 лет, пока новое общественное устройство не совершенно очистит нравы -- отношения между полами должны остаться неизменными. Все последователи Фурье также держатся этого мнения, лучшим доказательством искренности которого служит то, что Консидеран во время прошлогодних прений во французской палате о допущении разводов говорил и подал голос против этой меры.