Она его такъ горячо любила.
Отелло. Да, да, ты правъ.
(Д. III, сц. 3).}. Мавръ воспламенилъ ея воображеніе своимъ необычнымъ благородствомъ, своимъ южнымъ величіемъ. Но что будетъ, если впослѣдствіи ея воображеніе будетъ возбуждено какимъ-нибудь безотчетнымъ страхомъ къ ея мужу? Помогутъ ей тогда всѣ ея выработанные женскіе таланты -- ея искусство вышиванія, ея музыкальный талантъ, такой, что "пѣніемъ своимъ она бы вырвала свирѣпость у медвѣдя" (Д. IV, сц. 1).
И все-таки ты страшенъ мнѣ, Отелло!
Ты гибеленъ, когда твои глаза Такъ бѣгаютъ.
(Д. V, сц. 2).
Потерянный его платокъ становится страшенъ для нея, когда Отелло, съ восточной страстью къ чудесному, описываетъ его достоинства.
Въ этой ткани
Есть колдовство. Платокъ тотъ вышитъ былъ
Въ пророческомъ неистовствѣ Сивиллой,