"Вѣщія сестры" -- говоритъ Гервинусъ -- суть просто олицетвореніе внутренняго искушенія". Онѣ, навѣрно, болѣе чѣмъ это. Если мы будемъ смотрѣть на весь міръ, какъ на проявленіе чего-то неизвѣстнаго, существующаго за предѣлами міра, то мы должны допустить, что существуетъ апокалипсическая сила, способствующая пороку, столь же реально, какъ существуетъ обнаруженіе силы добра. Всѣ миѳологіи, заслужившія почтеніе, признаютъ этотъ фактъ. Мефистофель Гете составляетъ свидѣтельство нашего научнаго девятнадцатаго столѣтія по этому предмету. Исторія нашего племени и та соціальная среда, въ которой мы живемъ и дышемъ, создала силы добра и зла, независимыя отъ воли каждой личности, будь то мужчина или женщина. Грѣхи прошлыхъ вѣковъ заражаютъ атмосферу настоящаго. Мы движемся въ мірѣ, подчиненномъ накопленію силъ добра и зла, существующихъ внѣ насъ. Иногда насъ подхватываетъ потокъ силы добра, благодѣтельное стремленіе, выносящее насъ къ пристанищу, гдѣ мы находимъ радость, чистоту и самопожертвованіе; или противоположное теченіе уносить насъ къ мраку, холоду и смерти Поэтому ни одинъ изъ великихъ реалистовъ въ искусствѣ не поколебался допустить существованіе того, что богословы называютъ, божественной благодатью,-- того, что они называютъ сатанинскимъ искушеніемъ. Въ дѣйствительности не существуетъ того, что называютъ "чистой человѣчностью". Лишь идеалисты могутъ грезить о попыткѣ оторваться отъ широкой, безличной жизни міра и выставить наше я, какъ зависимую, волю. Между зломъ внѣ насъ и зломъ внутри насъ существуетъ страшная симпатія и взаимность. Мы окружены атмосферою, гдѣ присутствуютъ зародыши, готовые вызвать броженіе грѣха; и существо, ослабленное нравственно, доставляетъ необходимую пищу для развитія зародышей недуга, тогда какъ крѣпкая, нравственная натура и не воспринимаетъ тѣхъ же самыхъ зародышей. Макбетъ подпадаетъ зараженію, Банко остается нетронутымъ { Банко. О, Боже!
Избавь меня отъ грѣшныхъ помышленій,
Невольныхъ замысловъ во время сна!
("Макбетъ" Д. II, сц. 1).}. Не будемъ поэтому спрашивать объ имени этихъ роковыхъ сестеръ. Онѣ не имѣютъ ни имени, ни пола. Достаточно знать, что подобныя силы, способствующія пороку, существуютъ внѣ насъ и что, отмѣчая этотъ фактъ, Шекспиръ былъ вѣренъ наукѣ.
Впрочемъ, не трудно повѣрить также, что въ области чистаго суевѣрія, во всемъ томъ, что касается предчувствій, сновъ, предзнаменованій, вѣры въ привидѣнія и тому подобное, Шекспиръ не могъ бы удовлетворить требованіямъ, просвѣщенныхъ людей нашего времени, которые получаютъ свѣдѣнія о вселенной изъ научныхъ статей послѣдней книжки журнала. "Есть многое на небѣ и въ землѣ, что и во снѣ, Гораціо, не снилось твоей учености". "Говорятъ, что чудесъ больше нѣтъ на свѣтѣ,-- говоритъ Лафе въ "Конецъ всему дѣлу вѣнецъ" -- у насъ даже завелись философы, которые превращаютъ явленія сверхъестественныя и не имѣющія видимой причины въ простыя и легко объяснимыя. Вслѣдствіе этого мы издѣваемся надъ ужасами и загораживаемся мнимымъ знаніемъ въ тѣхъ случаяхъ, когда -намъ слѣдуетъ подчиниться неисповѣдимому страху" (Д. II, сц. 3). Какъ бы мы ни объясняли это, но существуетъ несомнѣнный фактъ, что нѣкоторыя изъ самыхъ могучихъ творческихъ натуръ этого міра вѣровали въ продолженіе всей своей жизни, если не умомъ, то по крайней мѣрѣ инстинктомъ и воображеніемъ, во многіе элементы сказочнаго міра старыхъ нянекъ-сказочницъ. Вальтеръ Скоттъ, выставляетъ въ своихъ романахъ элементъ привидѣній и сверхъестественнаго, не только какъ скептикъ, для того, чтобы произвести извѣстный художественный эффектъ. Онъ, по крайней мѣрѣ, на половину вѣритъ въ готическую сѣверную миѳологію. Гете одно время увлекался алхиміей. Въ "Испанской Цыганкѣ" ("The Spanish Gipsy") Джоржа Эліота отъ Зарки вмѣстѣ съ его ожерельемъ переходятъ къ его дочери темныя силы, слѣпыя, но могучія; и въ этой поэмѣ новѣйшая психологія принимаетъ нѣкоторые факты стариннаго суевѣрія и объясняетъ ихъ. Мы, натуры болѣе мелкія и обыденныя, можемъ вполнѣ отстранить отъ себя способность воспринимать подобныя явленія; мы можемъ подняться до разрѣженной атмосферы разсудочности и невѣрія. Но болѣе широкія и богатыя натуры творческихъ художниковъ получили слишкомъ большое наслѣдіе отъ племени предковъ, слишкомъ усвоили вліяніе среды, ихъ окружающей, чтобы это было возможно для нихъ. Когда темныя воспоминанія и предчувствія волнуютъ ихъ кровь, они не могутъ запереть себя въ узкую изгородь доказаннаго знанія, и назвать это вселенной.
"Настоящая причина перваго появленія вѣдьмъ -- говоритъ Кольриджъ, это -- указать тонъ всей драмы". Онѣ появляются въ пустынномъ мѣстѣ, при громѣ и молніи; это -- пустое и разоренное мѣсто, гдѣ господствуетъ зло. Замѣтьте, что послѣднія слова вѣдьмъ въ первой сценѣ пьесы,-- первыя слова, которыя произносили, самъ Макбетъ.
Гроза гремитъ
Безъ горныхъ тучъ,
На небесахъ
Играетъ лучъ