(Д. V, сц. 3).
*) Эти строки почти слово въ слово взяты изъ North's Plutarch. Кромѣ Плутарха, Шекспиру былъ вѣроятно знакомъ и переводъ Аппіана 1578 г., откуда онъ, вѣроятно, извлекъ указанія на большія рѣчи Брута и Антонія.
Есть человѣкъ, который умретъ вмѣстѣ съ Кассіемъ. Титиній кладетъ вѣнецъ на голову мертваго заговорщика:
Сюда, скорѣе, Брутъ? Взгляни, какъ чтилъ
Я Кая Кассія. Простите, боги!
Такъ римлянину долгъ его велитъ:
Мечъ Кассія пусть сердце мнѣ пронзитъ.
(Д. V, сц. 3).
Кассій хорошо понимаетъ реальные факты. Онъ не теоретикъ, какъ Брутъ, а "наблюдательный человѣкъ", который "проникаетъ дѣла другихъ насквозь пытливымъ взоромъ"; Брутъ живетъ въ области отвлеченностей, идей; Кассій -- въ мірѣ конкретныхъ фактовъ.
Заговоръ былъ задуманъ и выработанъ Кассіемъ. Но онъ замѣчаетъ, что заговорщикамъ недостаетъ одного,-- нравственнаго величія и того вліянія, которое придало бы предпріятію участіе такой безкорыстной и возвышенной души, какъ Брутъ. Дѣйствіе происходитъ во время праздника Луперкалій и Антоній долженъ участвовать въ бѣгѣ. Цезарь проходитъ по улицѣ; въ это время слышится изъ толпы рѣзкій голосъ вѣщателя: "идъ марта берегись". Цезарь вызываетъ его къ себѣ, вглядывается въ его лицо и затѣмъ удаляетъ его повелительнымъ жестомъ: