Слендеръ, очевидно, не Ромео, и, когда онъ поставленъ, наконецъ, въ затруднительное положеніе объясниться самъ въ любви, происходитъ такой разговоръ:
Анна Пэджъ. Итакъ, мистеръ Слендеръ...
Слендеръ. Итакъ, миссъ Анна...
Анна Пэджъ. Въ чемъ состоитъ ваша послѣдняя воля?
Слендеръ. Моя послѣдняя воля? Вотъ это потѣха! Истинно скажу, штука забавная! Да я еще не думалъ о послѣдней волѣ. Благодаря Бога, мое здоровье еще не такъ плохо.
Анна Пэджъ. Вы меня не поняли; я хочу спросить, чего вы отъ меня окончательно желаете?
Слендеръ. Да изволите видѣть, собственно я не желаю ничего, или весьма мало. Вотъ папенька и мой дядюшка пустили меня въ ходъ; если дѣло мнѣ удастся -- хорошо; не удастся -- пусть везетъ тому, кто счастливъ! Они лучше меня могутъ сказать вамъ, какъ идетъ дѣло. Вы можете освѣдомиться у вашего папеньки. Вотъ онъ идетъ
("Виндзорскія проказницы", д. III, сц. 4).
Эта кроткая покорность Слендера успѣшному исходу его ухаживанія, слова: "если дѣло мнѣ удастся -- хорошо", вызвали, безъ сомнѣнія, лукавую, быстро исчезнувшую улыбку на губахъ и веселое движеніе глазъ у милой Анны Пэджъ. Слендеръ такъ же охотно подчиняется необходимости ухаживанія -- и ухаживаетъ отъ всего сердца, съ самыми пылкими клятвами ("вотъ потѣха"), какъ оборванные рекруты Фальстафа подчиняются необходимости сражаться. Слендеръ, руководимый любовью, такъ же храбро идетъ къ побѣдѣ, какъ я Заплесневѣлый, Тѣнь и Слабость, призванные на войну подъ знаменемъ патріотизма и чести. Сэръ Андрей Эгчикъ -- личность комическая, едва-едва заявляющая свое существованіе и не исчезающая лишь вслѣдствіе слабаго отраженія на ней буйной жизненности сэра Тоби. Сквозь мягкій покровъ глупости сэра Андрея (Провидѣніе предохраняетъ стриженную овечісу отъ вѣтра) пробивается на минуту слабое подозрѣніе о томъ, не оселъ-ли онъ; но онъ охотно приписываетъ въ себѣ недостатокъ остроумія дѣйствію случайныхъ, а не присущихъ ему причинъ. "Мнѣ сдается -- говоритъ онъ -- что ингда во мнѣ не больше остроумія, чѣмъ въ обыкновенномъ человѣкѣ. Но я ѣмъ очень много говядины, и это вредитъ моему остроумію" ("Двѣнадцатая ночь". Д. I, сц. 3). Комиченъ и Клюква, съ его хлопотливой неспособностью, когда онъ передаетъ стражѣ подробныя наставленія, какъ ничего не дѣлать.
Клюква. Обязанность твоя -- хватать всѣхъ праздношатающихся и всѣхъ останавливать во имя принца.