(Д. III, сц, 2).}. Ромео и Джульетта, для которыхъ Верона была злой мачихой, завершили свой жизненный путь. Они любили полною любовью. Ромео сталъ мужемъ. Джульетта внезапно расцвѣла въ женщину-героиню. При помощи ея, а также путемъ горя и радости ея любовникъ перешелъ отъ жизни грезъ въ бодрственную жизнь дѣйствительности. Джульетта спасла его душу; она спасла его отъ увлеченія ложнымъ чувствомъ, отъ увлеченія болѣзненнымъ самонаблюденіемъ и отъ развращающаго услажденія аффектомъ для самого аффекта. Неужели нужно еще что-либо? Вдобавокъ ко всему этому вражда двухъ фамилій прекращается. Монтекки воздвигнетъ золотую статую вѣрной и преданной Джульеттѣ; Капулетти поставитъ рядомъ съ ней статую Ромео. Ихъ жизненный путь завершенъ; они заняли мѣсто въ обширной исторіи человѣчества, которая заключаетъ много подобныхъ примѣровъ. Въ этой послѣдней сценѣ Шекспиръ уноситъ наше воображеніе изъ ужаса могилы къ лучшей человѣческой жизни, когда такая любовь, какъ любовь Ромео и Джульетты, будетъ предметомъ общественнаго уваженія и будетъ почтена золотыми памятниками {
Одну изъ лучшихъ критикъ этой пьесы, съ наиболѣе проницательной оцѣнкой, далъ Джорджъ Флэтчеръ, въ своихъ "Studies of Shakespeare". 1847. Объясненіе Флэтчеромъ монолога Джульетты предъ тѣмъ, какъ она выпиваетъ снотворный напитокъ, отличается отъ объясненія, приведеннаго въ текстѣ, и я не буду утверждать, что Флэтчеръ не правъ, рр. 849--55. Можетъ быть, не лишнее прибавить примѣчаніе о главномъ критическомъ спорномъ пунктѣ пьесы: "Runnawayes Eyes" ("Чтобъ взоръ мимоходящихъ не видѣлъ ничего". Д. III. сц. 2). Примѣчаніе къ этому мѣсту въ изданіи Фэрнесса занимаетъ около тридцати страницъ убористой печати. "Время безконечно длится", сказалъ Гёте. Я прибавлю мой камень къ этой грудѣ, подъ которой зарытъ смыслъ этого мѣста. Въ "Венеціанскомъ купцѣ" (Д. II, сц. 6) встрѣчается отголосокъ смысла и формы рѣчи этого отрывка, подтверждающій чтеніе "R unnawcayes". Граціано и Саларино говорятъ о пылкости любовниковъ, которые "бѣгутъ скорѣе часовъ". Это напомнило Шекспиру отрывокъ изъ "Ромео и Джульетты". Джессика, переодѣтая мальчикомъ, говоритъ:
Но, вѣдь, любовь слѣпа, а тотъ, кто любитъ,
Не видитъ милыхъ шалостей своихъ
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Лоренцо: Ну, сойди же
Скорѣе внизъ. Ночь скоро пролетитъ.
(For the close night doth play the runaway).
Cp. съ этимъ первыя десять строкъ монолога Джульетты и замѣть отголосокъ ихъ смысла и формы рѣчи.}.